— Вы, наверно, хотели сказать — людей? — спросила, намекая, что я заметила странное слово.
— Я сказала ровно то, что хотела сказать, — взгляд старушки стал снисходительным. — А ты, Марья, напрягись, сложи всё, что уже увидела и узнала тут, и пойми уже — куда попала.
Вот снова она загадками говорит.
— Знаете что? Я-то додумалась. Но это же полная ерунда получается! И быть такого не может. А больше ничего не придумывается, — тоже, не особо информативно выдала я ответ.
— Так ты не стесняйся, рассказывай, до чего додумалась-то, — стала подначивать старушка.
Ну, я и рассказала.
— Я вот подумала, что деревня у вас — волшебная. Хотя все уже давно знают, что волшебства не бывает. Это раз.
Я всё же подумала и решила высказать всё, что накопилось. И даже хорошо, что это во сне будет. Пар выпущу, и никто об этом не узнает. А мне полегче станет.
— Ещё что надумала и приметила? — старушке будто мало было.
Ничего, сейчас добавлю!
— Про вас я вообще подумала, что вы — Баба-Яга. Ну, вернее, вы больше похожи на Ягиню. Вроде так звали предшественницу Бабы-Яги, в которую потом переродилась дочь Вия и Макоши. Но на ту, старую, страшную и противную Бабу-Ягу вы не тянете. Не похожи. И нрав у вас хоть и строгий, странный, но не злобный.
— Это ты меня пока ещё плохо знаешь, — усмехнулась в ответ старушка. Но снова ни согласилась с тем, что я сказала, и не опровергла.
— Возможно, — не стала с ней спорить. — Дальше, наряды у вас такие странные, под старину, тоже неспроста. Тут у меня три версии. Либо вы реконструкторы, ну или косплейщики. Либо вы — поселение старообрядцев. Ну или вы тут устроили тематическое поселение, и за деньги даёте возможность людям окунуться в старину, попробовать себя в качестве, ну не знаю, например, доярки, или человека другой, нужной в деревне профессии, или просто попробовать силы в уходе за подворьем и его обитателями.
— Значит, ты готова принять любой из названных тобой вариантов кроме одного, на мой взгляд, самого очевидного, что деревня у нас — волшебная? — спросила старушка, бросая на меня пытливые взгляды, но не пристальные, а так, вроде как походя, пока то у печки возилась, то у стола.
— Я же сказала — не бывает волшебства. Поэтому да, я не верю в этот вариант, — кивнула и умолкла.
— Ты же наверняка знаешь о легендах и мифах славян, ну и других народов, — старушка налила чай и пригласила меня за стол. Что странно, руки мыть не отправила в баню, а указала на таз на табуретке у печи.
— Знаю, конечно, — не стала отпираться. Всё же я готовилась к поступлению в институт. — Но это всё тоже сказки. Если и была в них истина, то она давно уже не работает.
— Почему ты так читаешь? — всё выспрашивала Светина бабушка. — Ведь ты видишь проявления волшебства, но упорно отказываешься в него верить. Почему?
— Потому что у нас мир техногенный. У нас работает не магия, а рулит всем технология, — гнула я свою линию. — Заметьте, никто не бегает с волшебными палочками, ни выпускает из рук огонь, воду, или другие стихийные всплески. Да и вы сами разве воду для чая не в печи грели? Где же ваша магия? Где это волшебство, в котором вы меня так настойчиво пытаетесь убедить?
— Волшебство, оно есть. И оно бывает разным. Ты и сама им обладаешь. И у матери твоей дар есть, но не такой как у тебя. И всё же есть. Припомни хоть один раз, когда еда у неё не получалась вкусной.
— У мамы просто опыт большой. И она очень любит готовить, вкусно поесть и угощать чуть ли не всех подряд, — не согласилась я с примером, озвученным старушкой. — А я — просто люблю петь.
— Хорошо, можешь не верить мне пока, — глубоко вздохнула старушка. — Но всё же ради эксперимента загадай что-то, что тебе очень хотелось бы, но что, по-твоему мнению, быть не может. Что-то волшебное. Можешь не верить, просто сделай, как я сказала, и утром оглядись, как проснёшься.
С этими словами старушка вдруг исчезла, да и вся деревня тоже, а я, зависнув в белом «нигде», всё же сделала то, о чём попросила меня старушка, после чего провалилась в глубокий сон, но уже без сновидений, чтобы утром, едва проснувшись, броситься к столу и проверить — сработало волшебство, или нет.