За несколько секунд, которые отводились ей как капитану на решение, Коу сделала три вещи: объявила тревогу по палубам десятого, шестнадцатого и тридцать второго отсеков, взяла управление маневрированием на себя и предупредила механиков о внешних работах. Чем раньше последние начнутся, тем для всех лучше.
Корабль-колония — сложный в управлении, тяжелый и медленный. Маневры любого рода невозможно остановить. Даже выключенные двигатели не помогут, по инерции груда металла и начинки будет продолжать двигаться. Резкое торможение приведет к проблемам в других системах. Тем временем как неисправные оси будут доламывать другие конструкции. Опасная ситуация, неприятная.
По щеке Коу бежала капелька пота, не первая за последние четыре часа. Коу вручную меняла уровень активности двигателей, разворачивая корабль так, чтобы не давать осям пересекаться. Нельзя остановиться, нельзя слишком отклониться от курса, нельзя потратить чрезмерное количество топлива. Иначе к пути «Гердарики» добавится еще несколько лет, просто из-за насущной необходимости найти планету с важными для реакторов корабля элементами.
После выравнивания полета у нее оставалось ровно шесть с половиной часов, чтобы разобраться с первой стадией ремонта, и вернуться к штурвалу для корректировки маршрута и скорости. Дориан вручил ей планшет с данными, стоило Коу покинуть командный пункт. Впервые ей показалось, что одной вахты не хватит на исправление ситуации. Но оставлять серьезные проблемы на Сервиуса было бы ее величайшей ошибкой.
— Мы справимся, — произнесла она вслух. — Мы справимся.
* * *
Кто сказал, что капитан — это такая почетная должность, когда сидишь в мягком кресле, листаешь новости и даешь указания? О том, что ее ужасно обманули, Коу думала уже около трех суток. За это время ей удалось поспать в пол глаза всего шесть часов. Она прошла в общей сложности около ста километров по палубам.
Все смешалось. Корректировка пути корабля не может происходить без капитана, и ей быстрым шагом пришлось бежать к рубке. Всего на полминуты остановиться, выпить глоток воды из автомата в коридоре. А отчеты механиков уже мигают пометкой «срочно» на планшете. Забежать в техмастерскую. Снова вернуться командный пункт. По пути съесть энергетический батончик, внезапно оказавшийся в руке. Пробежаться по коридорам к складским трюмам. Проверить наличие расходников. По экстренной связи надрывают глотки ремонтники. Раздробленный осью ремонтный кран медленно плывет вдоль борта корабля, и его крайне важно поймать. Чудом спасшаяся команда крана дает показания в медблоке. Их состояние, как и процесс ремонта тоже высвечиваются в виде ярлыков у Коу на планшете. А эти коридоры с фиолетовой подсветкой и темнотой в конце будут преследовать ее в самых ужасных и выматывающих кошмарах. Если она вообще сможет уснуть без препаратов.
Коу мягко прошлась кончиками пальцев по вискам и закрытым векам. На планшете светилось девять утра по времени корабля. Дориан ее приказом был выставлен за дверь командного пункта еще в полночь. Три часа назад приступила к работе новая смена экипажа. Сама Коу не могла просто развернуться и уйти до того, как убедится, что продолжения кризиса не предвидится. Но уже пять часов поступали стабильные данные, с основными ремонтными работами было покончено, курс — устойчивый, а сегмент космоса -безопасный, так что оставить команду в одиночестве сейчас было самое время. Она кивнула старшему пилоту, указывая на собственное кресло, и медленно встала на гудящие ноги.
* * *
Не было сонливости, была только усталость. До каюты ее ноги не дошли, свернули в первое подходящее помещение. В пустой комнате релаксации Коу прижалась лбом к голографическому окну. Сегодня во всю стену демонстрировали звездные скопления Крабовидной туманности. Красиво, но она бы предпочла что-то некосмическое, обычное и планетарное, связанное с ее прошлым. Даже тайны Вселенной надоедают, в конце концов. Конечно, можно переключить трансляцию: всего лишь отдать голосовую команду. Но Коу так устала! Сил в итоге хватило лишь на то, чтобы устроиться удобнее на мягком полу у «окна».