А Марк шел вперед.
Лишь рядом с планёром я чуть успокоился. Живого в нем было не больше чем в телеге. Крылья оказались из дерева, из тонких, решеткой переплетенных планок, обтянутых плотной, глянцевой - будто лаком покрытой, материей. Все разукрашено большими яркими аквилами и иными эмблемами. Впереди - маленькая застекленная кабина. Высокий раздвоенный хвост - тоже из дерева и ткани, все это подрагивало на ветру и тонко, жалобно стонало. Под кабиной была закреплена длинная труба, охваченная серыми металлическими обручами. Планёр держали крепкие веревки, иначе он давно бы укатился в пропасть на своих колесиках.
- Дальний, - сказал Марк. - Дальний планёр. Вот как они узнали, Ильмар. Говорил я тебе - пошлют вслед нам планёр... повезло, наш корабль его опередил.
- Значит ты Сестре люб, - я чувствовал, что мне надо сказать что-то правильное и лишенное мистики. Избавится от сказочных страхов перед планёром.
Мальчишка уже лез в кабину. Я заглянул туда - два деревянных креслица, таких хлипких, не понять, как держатся, перед передним рычаги, педали, тяги на тросах. На доске - несколько циферблатов механические часы, вроде бы барометр, компас, да еще что-то. Стрелки и цифры на приборах были покрыты фосфором и таинственно мерцали. Все остеклено, только потолок из туго натянутой ткани, но тоже с окошечком в деревянной раме.
Марк посидел миг в кресле, озираясь. Потом потянулся в Холод - и дал мне зажигалку.
- Подсвети, Ильмар. Только осторожно, планёр горит как спичка.
Я стал светить. Зажигалка быстро нагрелась, серебро обжигало пальцы, но я терпел.
- Керосин есть, - сказал вдруг Марк.
- Вроде есть пока, - согласился я. - Только я долго зажигалки не удержу, горячо.
- Я не о том. Туши.
Он откинулся в кресле - при его маленьком росте оно было даже удобным. Вздохнул.
- Можно попробовать. Не струсишь, Ильмар?
И до меня стало доходить - мальчишка вполне серьезен. Он собирается поднять планёр в воздух и улететь на материк.
Сестра, вразуми дурака! Триста миль по воздуху пронестись! Такое не всякому летуну под силу!
- Когда штаны будешь сушить спроси, не струсил ли я!
Ну кто меня за язык тянет! Дать Марку по шее, да и пойти на поиски укрытия!
- Тогда посвети еще.
Я послушался, хоть зажигалка еще и не остыла. Марк между тем запустил руку под кресло. Поискал там, покачал головой. Перегнулся назад, обшарил второе кресло. Посмотрел под доской с циферблатами - я послушно вел зажигалку вслед за его лицом.
- Карт нет, - тихо сказал Марк. - Беда. Карт нет, и...
Он уставился на приборную доску. Я проследил его взгляд. Циферблаты, рычажки... Круглая дырка, из которой торчали два стальных штыря.
- И запала нет... - устало добавил Марк.
- Не полетим?
- До материка не долетим.
- Ну так пошли, живо!
- Подожди.
Марк выскользнул из кабины. Безнадежно глянул на другие планёры, покачал головой. Потом его взгляд вновь обрел твердость.
- Летун нужен. Ильмар, пошли.
Летун?
Это мне понравилось.
Нет, Марку веры нет, не может он планёром управлять. А вот если настоящему летуну нож к горлу приставить, да потребовать крепко...
- Светает уже, - напомнил я. - В форт лезть...
- Летун далеко от машины не уйдет. Надо в тех домиках посмотреть.
Тоже мне - машина! Деревяшки, да парусина. Видел я настоящие машины - насос паровой, что из шахты воду откачивает, главную машину оружейного завода, от которой сто ремней ведет, и каждый станок вертит.
Вот это - машины. Котел размером с карету. Десять кочегаров уголь таскают. Пар ревет, колеса крутятся.
А планёр, хоть и не суеверный я, скорее на колдовскую штуку походит...
И все же я послушно шел за Марком. Голова у него работает, и сейчас его наивная отвага - полезнее моей осторожности.
Два строения были без окон, большие, хоть планёр в них загоняй. Марк их миновал, не взглянув даже. А третье - просто домик, аккуратный, но небольшой. Может для обслуги, может для поста. Да разве станет высокородный летун в таком ночевать? Он лучшую комнату форта займет, коменданта из постели выгонит...
Марк потянул дверь и беспомощно посмотрел на меня. Ага, мальчик. Заперто?
Я протянул руку - он без слов дал кинжал, и получил в обмен зажигалку.
- Свет, - шепнул я.
Теперь Марк светил, а я работал. Замок был простенький, халтурный. Я провернул механизм, даже не выбив ключ, вставленный изнутри. Подергал дверь - так, еще засов.
Засов не поддавался. И щели не было, чтобы клинком отодвинуть.
- Никак? - одними губами спросил Марк.
- Зачем человеку голова дана? - так же тихо спросил я.
- Чтобы рукам было меньше работы.
- А руки зачем, знаешь? Чтобы не думать там, где думать не надо...
Я отошел шагов на пять. Еще раз окинул домик взглядом.
Нет, не может тут быть крепкого засова. Никто не ожидал, что придется в домишке осаду выдерживать.
Разбежавшись я ударил в дверь плечом. Задвижка звякнула, выдирая гвозди, дверь распахнулась. Кубарем вкатившись внутрь я вскочил - Марк, умница, заскочил следом, подсвечивая. Нормальному человеку от жалкого язычка огня пользы никакой, а я разглядел шкафы, грубую лавку, кадку с водой, вторую дверь. Пнул ее ногой - распахнулась.
А вот в этой комнате живут. Раздался шорох, испуганный вскрик. Марк уже заглядывал следом. Я скорее почувствовал, чем увидел движение, прыгнул, навалился, нащупал горло и прижал к коже кинжал. Человек испуганно затих. Страшно оно - просыпаться с ножом у горла.
- Лампу ищи! - крикнул я. Марк заметался по комнате, зажигалка погасла. Ойкнул, налетев на что-то. - На столе ищи! - уже спокойнее добавил я. В комнате явно больше никого не было, лишние секунды роли не играли.
Наконец-то звякнуло стекло, зашипел разгорающийся фитиль. Не карбидный фонарь, керосинка...
Я посмотрел на своего пленного.
Вот незадача!
Не летун - молодая девица.
Застонав от досады я убрал нож, сел на краю постели. Девушка сжалась у стены, натянув одеяло до подбородка. Хорошенькая. Светловолосая, волосы в косу заплетены, по модному русскому обычаю, мягкое голое плечо белой кожей светится.