(Мы с Уильямом гостили на ферме моих родителей, когда на нее напали какие-то подонки. Они убили маму и отца.)
- Разве это есть в моем личном деле? Ведь тогда я уже не была солдатом. Мы оба уволились.
- Ну, там много чего- есть. - Он поднес к губам свою чашку, продолжая внимательно всматриваться в меня поверх края чашки. - Не желаете ли узнать, что думал о вас ваш классный наставник в школе?
- Ну вы и тип, однако!
- Это в ваше время так говорили. Теперь говорят «тифус». Я рассмеялась.
- Похоже на название болезни.
- А это и есть болезнь. - Он вытащил из кармана говорящую записную книжку. - Последний раз вы были на Земле в 2007 году. Вам там так не понравилось, что вы вторично завербовались в Армию.
- А теперь там стало получше?
- Было хуже, потом лучше, потом еще лучше. Как всегда. Когда я отбыл оттуда в 2318 году, атмосфера была, во всяком случае, более миролюбивой.
- Тоже завербовались по новой?
- Только не совсем так, как сделали это вы. Я ведь еще десятилетним мальчонкой знал, кем буду. Теперь, впрочем, такое известно всем.
- Как? Вы уже тогда знали, что будете временным офицером по переориентации?
- Ага, - Он улыбнулся. - Я точно не знал, что это за штуковина такая, но ненавидел это дело сильнее, чем дьявол - ладан. Мне ведь пришлось пойти в специальную школу, чтобы овладеть языком - солдатским жаргоном. Причем у меня на это ушло целых четыре года - вдвое больше, чем у большинства солдат.
Думаю, что на Земле сейчас расквартировано куда больше наших войск. Конечно, усилен контроль над населением, но и жизнь стала безопаснее. Преступность и анархия, столь характерные для вашего времени, теперь стали достоянием истории. Большинство людей живут счастливой, наполненной жизнью. - Гомосексуалы. Семей-то нет!
- О, у нас есть и семьи, и родители, только семьи складываются не наугад, не по воле случая. Чтобы сделать численность населения Земли стабильной, как только один человек умирает, его место тут же занимает продукт ускоренного созревания. Новорожденного отдают паре, члены которой выросли вместе и с самого детства знали, что они наделены талантом воспитания детей. Каждой такой паре разрешается брать на воспитание до четырех ребятишек.
- «Продукт ускоренного созревания» это что - дети из пробирки?
- Из инкубаторов. Никакой родовой травмы. Никакой неуверенности по части будущей судьбы. В Армию теперь поступает исключительно разумное и трезвое пополнение.
- Ну и как же оно отнесется ко мне? Не будут ли эти люди недовольны тем, что им отдает приказания гетеросексуальная деревенщина? Так сказать, динозавр?
- Они изучали историю. Они не станут обвинять вас в том, что вы такая, какая есть. Но если вы попробуете вступить в сексуальную связь с одним из мужчин, могут начаться неприятности.
Я покачала головой:
- Этого не случится. Единственный мужчина, которого я люблю, потерян для меня навеки.
Майк уставился в пол и прочистил горло. Неужели этот профессионал и в самом деле способен испытывать смущение?
- Уильям Манделла. Как бы мне хотелось, чтобы они этого не делали… чтобы обошлись без ненужной жестокости.
- Мы надеялись изменить назначение и прикомандировать меня к его подразделению.
- Из этого не вышло бы ничего хорошего. Парадокс, но куда денешься. - Майк двигал кофейную чашку, следя за игрой отражающихся на покрытии стола зайчиков. - Вы оба слишком долго пробыли рядовыми. И объективно, и субъективно. Так что начальство было просто вынуждено дать вам обоим офицерские звания. Но отдать вас под команду Уильяма было невозможно. Даже отбросив в сторону проблему гетеросексуальности, он все равно заботился бы о вашей безопасности больше, нежели о выполнении своего задания. Солдаты заметили бы это, и такая ситуация им определенно пришлась бы не по душе.
- А в вашем великолепном новом мире такого никогда не случается? Неужели ваши командиры не влюбляются в своих подчиненных?
- Конечно, такое случается. Бывает и у гетеро, бывает и у гомо. На то она и любовь. Их разлучают, иногда даже наказывают, но чаще дело ограничивается выговором. - Майк жестом отмел в сторону эту дискуссию. - Все это теория. Если нет шума и грязи, то кому какое дело. Но в вашем с Уильямом случае ситуация могла бы стать источником постоянного раздражения.
- Большинство ваших солдат, как я понимаю, никогда в глаза не видывали гетеросексуалов?
- Никто не видел. Этот порок определяется еще в детстве и легко поддается излечению.
- Поразительно! Может, вы и меня полечите?