Шериф выслушал историю о Брунхартах, потёр подбородок, что-то обдумывая. Кивнул.
— Хорошо, предлагаю сделку. Я не только отпущу тебя, но и найду этих Брунхартов. В обмен на информацию. Как ты понимаешь, последние тридцать лет Вашингтон находится в полной изоляции. А мне интересно, как там Земля, что новенького случилось? Баш на баш — ты собираешь данные о нашей планете, взамен делишься информацией о своей. Достоверность в пределах допустимого — врать ты всё равно не умеешь. Согласна?
Пристинская пожала плечами. Это ведь не вербовка в качестве «двойного агента». Что такого особо секретного она могла рассказать о Земле, о Евроссии? Можно считать, ей повезло. Она кивнула:
— Есть одно уточнение: рассказывать о Земле можно очень долго, а я тороплюсь. Поэтому предлагаю заранее определить длительность моего рассказа.
— Разумно, — согласился шериф. — Минутку, сейчас уточню.
Он снял трубку примитивного телефонного аппарата, стоявшего на столе, принялся набирать номер на кнопочной панели. Заметив, как напряглась собеседница, усмехнулся:
— Да успокойся ты! Нужно же твоих Брунхартов как-то искать. Компьютеры у нас только в департаменте сохранились, там и досье на всех жителей Ваша. Официальные каналы мы использовать не будем, но есть у меня в столице давний приятель — бывший напарник, Дуглас Мур. Он уже комиссар, попрошу его по старой дружбе.
В трубке ответили, и шериф плотнее прижал её к уху:
— Привет, Дуглас! Узнал? Да-да, это я и есть! Как поживаешь, старина? Всё так же. Ага. Да. Нет. Нет. Ясно, что не просто так! У меня к тебе просьба. Нет, не большая, не волнуйся. Пару человечков пробить надо. Сделаешь? Лично для меня. Замечательно! Брунхарт Генрих, Брунхарт Алиса. Да, муж и жена. Да, жили в Луизиане. Не знаю. Не знаю. Не знаю. Часа два-три? Спасибо, буду ждать.
Он положил трубку, взглянул на пленницу.
— Слышала? Часа два-три. Дуглас проверит по базе и перезвонит. Начинай, я слушаю, — и поудобнее устроился в кресле.
Слушал шериф в самом деле внимательно, не перебивая. Словно ему одинаково интересно было услышать и о планетах, открытых косморазведкой Евроссии, и о массовом переселении на Новую Европу, и о спектаклях в Театре Теней. Полтора часа прошло, прежде чем он произнёс первое слово:
— Складно рассказываешь, молодец. Горло не пересохло? Давай пиво закажу. И пиццу. Ты же голодная, наверное?
Стоило ему упомянуть о еде, и Елена ощутила, что впрямь проголодалась. Завтракала она по корабельному времени, почти шесть часов прошло. Она кивнула.
— Пиццу буду, если угощаете. Пиво — нет, не люблю. Лучше воду, если можно.
— Как хочешь. Воды здесь больше чем нужно, с ледников, кристально-чистая. Кстати, мы не представились. Пол Стюарт, — шериф выжидающе посмотрел на Елену. Не дождался, махнул рукой. — Не желаешь, значит, знакомиться. Понятно.
Спустя двадцать минут они жевали принесённую курьером пиццу. Горячая, с румяной корочкой, с сыром и кусочками курятины, та была недурна. Лишь чересчур острая и с привкусом каких-то неизвестных специй.
— Чем мне Луизиана нравится, так это тишиной и покоем, — признался шериф. — Я раньше в столице служил, вот там напряг.
— И как вас в эту дыру занесло?
— Мы с Муром наступили на хвост одной лисе из конгресса. Дугласу некуда было деваться, у него семья, трое детей, — согласился на сделку. А я человек вольный, со мной договориться трудней оказалось. Так и получил «повышение».
— И взялись вершить правосудие по своему усмотрению. Законные методы на Вашингтоне не действуют?
Губы мужчины едва заметно скривились. Он достал из стола пачку сигарет, вынул одну, но, встретив взгляд Елены, засунул обратно. Вместо этого долил в стакан остатки пива из бутылки.
— А у вас в Евроссии они всегда действуют? Я знаю одно — зло должно быть наказано любым способом.
— Насилие порождает насилие…
— Это демагогия, оправдание бездействия. Видела, что на Ваше творится? Подонки думают, что у них здесь развязаны руки. Если всю эту мерзость не вычистить, страшно подумать, к чему мы придём! Ладно, на чём ты там остановилась?
Но продолжить рассказ Елене не довелось, зазвонил телефон. Шериф недовольно покачал головой, снял трубку.
— Слушаю. Да, я. Нашёл? Что? Блин… Как оно называется? Ладно, что поделаешь! Спасибо и за это, хоть какой-то след. С меня причитается. А? Да нет, лучше вы ко мне приезжайте, всей семьёй. Всё, до встречи, звони! Успехов.
Новости оказались не слишком утешительными. Брунхарты давно покинули территории, подконтрольные правительству колонии, и затерялись в полудиких малозаселённых землях, тянущихся вдоль ледника. Фронтир, пограничье, — связи с многочисленными поселениями, разбросанными среди лесов, болот и гор, практически не существовало. Человек мог родиться и прожить там всю жизнь, оставаясь незарегистрированным ни в одном документе.
— В общем, из Луизианы твои Брунхарты перебрались в поселение под названием Синий Ручей, — подытожил Стюарт. — Где это, мы по карте найдём. Но дело в том, что полиции неизвестно, там они сейчас или нет. Последнее упоминание о них — одиннадцатилетней давности. Что делать собираешься?
— Лететь в Синий Ручей, разумеется!
— Хм… хорошо, давай найдём его для начала.
Шериф, порывшись, вынул из нижнего ящика стола карту, похожую на многократно свёрнутую бумажную скатерть, разложил. Поводил пальцем, улыбнулся самодовольно.
— Вот оно! — палец с обкусанным ногтем упёрся в угол бумаги. — Далеко же твои знакомцы забрались. Самый край цивилизации, отроги Ледового Барьера.
Пристинская аккуратно занесла координаты посёлка в память электронного ассистента. Посмотрела на шерифа.
— Я могу идти?
— Иди. По посёлку не шатайся, глаза людям не мозоль. Направо, до конца улицы, там сразу лес начинается. Игрушку свою не забудь, — Стюарт бросил на стол поверх карты парализатор. — Надеюсь, на прощанье не будешь в меня палить?
— Не буду, — улыбнулась Елена. — Спасибо за помощь!
— Взаимно. И желаю поскорее уматывать с Ваша. Не хотелось бы, чтобы с тобой что-то случилось. Что, у вас в Евроссии мужиков не хватает — на такие опасные задания женщин посылают?
— У нас с мужчинами всё в порядке. Зато у вас, я смотрю, найти настоящего — проблема! — Пристинская захлопнула за собой дверь кабинета.
Глава 19. Схватка
На улице её встретил серый слякотный день. Дождя не было, но сам воздух пропитался влагой. Ёжась от холода, Елена быстро зашлёпала по лужам. Мысли перескакивали с шерифа, играющего в Робин Гуда, на таинственный Синий Ручей где-то у подножья Ледового Барьера. То, что вокруг творится подозрительное, она заметила, лишь пройдя метров двадцать.
Впереди у крайних домиков посёлка дорогу перегораживал серый джип. Новенький, дорогой. Вряд ли кому-то из жителей Луизианы это чудо туземной техники было по карману. А второй мобиль, бардовый, попроще, но тоже явно не местный, расположился сзади, напротив полицейского участка. Рядом с бардовым мобилем стоял человек в ватном бушлате, болотных сапогах выше колен, мятой кепке. Увидев, что Елена обернулась, он быстро скользнул в машину. Но узнать его Пристинская успела, хоть в этот раз солнцезащитных очков на нём не было. Рикки, приятель Графа.
О холоде и сырости Елена и думать забыла — в жар бросило. Как они её разыскали?! Неужели проделали весь путь от «Булочек Эммы» до Луизианы? И что теперь делать? К лесу не прорвёшься, парализатор не поможет. Бежать назад к шерифу, просить защиты у бандита-одиночки от организованных преступников? Да зачем ему это нужно?.. «Зло должно быть наказано любым способом». Что ж, посмотрим!