Все в Долине знали, что повелитель горы Фэнъя — опасный безумец и настоящий злобный призрак. Его настроение менялось в мгновение ока: вот он весело болтает с кем-нибудь, а вот уже оторвал собеседнику голову. Шуметь при Хозяине Долины решался только Пурпурный Призрак — девчонка, которую он сам вырастил. Все прочие, оказавшись рядом с Хозяином, старались слиться с пейзажем, а в разговоре с ним переходили на шёпот. Никто не знал, чего ждать от этого сумасшедшего. Он ничем не дорожил и ничего не желал, напоминая бездушный механизм для убийств. Подкупить или просчитать Хозяина Долины было невозможно, равно как и предсказать, когда он учинит очередной кровавый кошмар. Не было ни малейшего шанса ускользнуть от его кары.
Люди снаружи не имели понятия о том, как живут призраки. Ни закон, ни сострадание не действовали на горе Фэнъя. Год за годом сильные пировали на костях слабых. Но даже среди сильнейших не было равных Хозяину Долины, каждый ощущал себя его добычей. Когда Хозяин спокойно рассуждал о домашних делах, глядя себе под ноги, окружающие продолжали помнить, что рядом беспощадный хищник. Редкому волку хватало терпения ограничиться мирной болтовней с кроликами.
Но каким бы бесчеловечным ни выглядел Хозяин Долины, он оставался человеком. А значит, должен был рано или поздно ошибиться. Глаза призрака в серой одежде коротко вспыхнули в лесной мгле: проклятый безумец уже угодил в ловушку, но пока не подозревал об этом!
Меньше чем через час лао Мэн взбежал по лестнице к центральным воротам крепости Яньвана и проследовал в главный зал, где застал господина в обществе неприметной служанки.
Вэнь Кэсин уже сменил дорожное платье на длинные тёмные одежды и спокойно устроился в просторном кресле. Безмолвная девушка осторожно расчёсывала его распущенные, влажные после мытья волосы. Почти половина лица Хозяина Долины была скрыта иссиня-чёрными прядями, в уголках губ догорала самодовольная улыбка, кроваво-красный пояс был небрежно завязан вокруг талии. От его облика веяло сумрачной жутью, но лао Мэн давно знал Вэнь Кэсина и заранее подстелил себе соломку.
До порога главного зала Призрак Непостоянства сохранял самообладание, но увидев, в каком настроении вернулся Хозяин, растерял львиную долю боевого задора. Холод пробрал лао Мэна до печёнок и растёкся по жилам. Совладав с первым порывом развернуться и броситься наутёк, он бесшумно преклонил колено, опустил взгляд, чтобы не встречаться глазами с Вэнь Кэсином, и прошептал подобающее:
— Почтительно приветствую Хозяина Долины.
Конец третьего тома.
Примечание к части
∾ У песни «Свежие ягоды» (生查子) есть несколько вариантов. В качестве источника мы использовали перевод на английский Betty Tseng (曾培慈) стихов Янь Цзидао (晏幾道). А Marcellla перевела и адаптировала текст под мелодию для русского языка. Если захотите подпеть, то вот мелодия (правда, с другой версией текста): https://youtu.be/PNUX6s4ahGE
Том 4. Глава 70. Тучи сгущаются
Том 4. Конец милосердия, вины, страсти, ненависти.
Хозяин Долины чуть склонил голову набок, словно любознательный ребенок. Он всматривался в Призрака Непостоянства так пристально, будто видел впервые. Лао Мэн, стоя на коленях, старался скрыть дрожь. Мгновения тянулись как вечность, и он уже начал подумывать, не напасть ли первым.
Нет-нет… Время ещё не пришло, нечего было и надеяться одолеть Хозяина в одиночку. Лао Мэн понимал, что не обойдётся в этом деле без помощи, которая пока не подоспела. Вэнь Кэсин прервал лихорадочные метания его мыслей:
— Хм… А где Сунь Дин?
Лао Мэн предвидел неизбежность объяснений, поэтому не впал в панику, а выдал отрепетированный ответ: между Чжао Цзином и Гао Чуном разгорелась междоусобица, Сюэ Фан подлил масла в огонь, напакостив там и сям, Скорбящий Призрак пустился по его следам и с тех пор не подавал вестей.
Вэнь Кэсин потрясённо ахнул.
— Выходит, Сунь Дин потерялся? — переспросил он заботливо. — Совсем-совсем?
Лао Мэн повесил голову, признавая собственный промах:
— Ваш слуга упустил его из виду в неразберихе. Недоглядел.
Вэнь Кэсин безмолвствовал, и тишина тяжёлыми волнами расходилась по залу. У лао Мэна глаза чесались — так тянуло посмотреть, как Хозяин воспринял новость, однако забываться было нельзя. Хозяин Долины парой слов доводил до дрожи самых отчаянных призраков. А молчанием мог довести до судорог. Но после длинной и тяжелой паузы Вэнь Кэсин бросил с неожиданной лёгкостью:
— К нам вот-вот пожалуют гости, займись приготовлениями к их приёму. Нельзя пренебрегать лучшими именами цзянху.
Призрак Непостоянства не утерпел и всё-таки поднял взгляд. По разумению лао Мэна, за отсутствие сведений о Сунь Дине и Сюэ Фане с него должны были три шкуры спустить. Нездоровое великодушие Хозяина пугало сильнее любого наказания.
— Порадуешь ещё чем-то? — невозмутимо спросил Вэнь Кэсин.
Лао Мэн опомнился и поспешно затряс головой:
— Нет-нет. Этот слуга уже удаляется.
Согнувшись и втянув голову в плечи, он попятился к выходу. Перед дверью лао Мэн снова согнулся в глубоком поклоне и наконец повернулся, чтобы уйти.
— Погоди немного! — окликнул его Вэнь Кэсин, словно вспомнил про какое-то дело.
Лао Мэн дёрнул щекой и покорно замер, сверля глазами пол.
— А-Сян недавно нашла себе жениха, — поделился вестью Вэнь Кэсин. — Я обещал заставить приданым две с половиной улицы. Собери дары сейчас же и не скупись.
Голос Хозяина Долины едва заметно потеплел на этих словах, и окончательно сбитый с толку лао Мэн поспешно пробормотал:
— Будет сделано.
Откланявшись, он наконец выбрался за ворота, вытер с лица холодный пот и, собрав волю в кулак, зашагал прочь от пропитанного кровью каменного зала. Со стороны казалось, что Призрак Непостоянства держится молодцом, но его сердце сжималось от одной мысли, что Вэнь Кэсин пронюхал… что-нибудь. До встречи с Хозяином лао Мэн был уверен в успехе своего заговора и предусмотрел почти всё. Почти. Всегда находились непредвиденные обстоятельства, вроде залегшего на дно Призрака Висельника.
План Призрака Непостоянства был прост и потому надёжен. Такой отброс, как Сюэ Фан, не мог рассчитывать на поддержку любого мало-мальски приличного ордена. А он, лао Мэн, в молодости пересекался с ныне прославленным Мечником Цюшань и, когда потребовалось, вступил с ним в союз. С самого начала лао Мэн водил Чжао Цзина за нос, уверяя, что владеет ключом от Арсенала, но дальше врать было нельзя. Совместными усилиями они благополучно истребили врагов, Чжао Цзин собрал фрагменты Кристальной брони, и дружба с лао Мэном предсказуемо сошла на нет. Теперь обоим предстояло драться за место под солнцем. Кто выживет, тот и откроет заветный Арсенал.
Призрак Непостоянства заблаговременно подготовился к такому развитию событий, и мог хоть сейчас вытолкать на арену Вэнь Кэсина, чтобы они с героем Чжао поубивали друг друга. Но Сюэ Фан… Хитрый лис Сюэ Фан сграбастал драгоценный ключ и залёг в глубокой норе, даже не махнув хвостом напоследок. Кто бы на его месте удержался от соблазна забрать себе готовенькую, сплавленную чужими потом и кровью Кристальную броню? Вся заваруха затевалась в том числе для того, чтобы выманить Призрака Висельника из его логова на гору Фэнъя. До этого исторического момента лао Мэн собирался стоять в стороне — беречь силы и ждать Ядовитых скорпионов, с которыми заключил отдельный договор.
- - - - -
Отпустив лао Мэна, Вэнь Кэсин рассеянно забавлялся с цветком в горшке, дотрагиваясь до листьев и быстро отдёргивая пальцы, будто играл с крохотным зверьком. Неприметная, словно тень, служанка бережно расчёсывала ему волосы, но в какой-то момент оплошала, ненароком потянув за прядь. Вэнь Кэсин чуть поднял бровь, и девушка тотчас опустилась на колени. По её телу волнами пробегала дрожь, а голос истончился как паутинка:
— Хозяин Долины… Я должна быть наказана.
Вэнь Кэсин осторожно протянул руку, чтобы поднять опущенное личико, и служанка мгновенно побелела до обморока. Вэнь Кэсин отнял руку, не желая её пугать.
— В чём дело? — вздохнул он. — Ты кому-то насолила, и он принес тебя в жертву мне?
Вымученная перекошенная улыбка девушки выглядела уродливее, чем гримаса рыдания.
— Служить… Хозяину Долины — огромная честь, — пробормотала она, запинаясь, — для вашей рабыни это… это…
Глаза Вэнь Кэсина стали холодными, и он отвёл взор, обронив вскользь:
— Если ты несчастна, так и скажи. На твоём месте я бы не радовался, оставаясь наедине с кровожадным дьяволом. Ты рискуешь жизнью, но продолжаешь твердить, что…
Он ещё раз глянул на девушку. Несчастная тряслась, как в лихорадке, и, без шуток, готова была умереть со страху. Вэнь Кэсин резко потерял интерес к разговору и не стал заканчивать свою мысль. Встав с кресла, он поднял упавший под ноги гребень и отмахнулся от служанки:
— Ступай.
Удивление в поднятых на него глазах молниеносно сменилось восторгом. Девушка смотрела на Вэнь Кэсина снизу вверх с таким видом, словно только что вернулась с того света. Всё же ей хватило ума быстро скрыть очевидную радость от возможности убраться подальше.
— Да, Хозяин, — почтительно прошептала служанка и упорхнула, пока он не передумал.
В огромном помещении остались только Вэнь Кэсин и растение. Пустой холодный зал и впрямь напоминал преисподнюю, куда нет хода живым людям. Хозяин Долины мысленно признал, что за долгие годы обитатели горы Фэнъя основательно повредили его разум. Он привык к мёртвым покоям, притерпелся к враждебному окружению и как-то умудрялся существовать среди всего этого. Отослав призраков с глаз долой, Вэнь Кэсин даже мог почувствовать себя в безопасности и утихомирить сердце. Но, вернувшись из далекого странствия, он понял, что задыхается под сводами, которые восемь лет казались защитой.