Дуан щелкнул пальцами, и его личный камердинер, который поднялся вместе с ним на борт судна, подскочил, держа в руках поднос с шампанским и двумя бокалами.
Дуан сам распечатал бутылку, наполнил пенящейся жидкостью бокалы, и двое мужчин, счастливо улыбаясь, встретились взглядами.
– Да хранит Бог этот корабль и его компанию, – произнес традиционную фразу Дуан, высоко подняв бокал.
– Аминь! – взволнованно откликнулся Девлин.
– До утра, – сказал Дуан, осушив бокал. Глаза его сияли, щеки разрумянились. – Сегодня нам придется мало спать, но кому сейчас нужен сон?
И он сошел с «Ниневии» в небрежно наброшенном на плечи пальто с меховым воротником, залихватски сдвинув набекрень шляпу.
Девлин потянулся и подумал, что он может поспать самое большее три часа и что не следует терять ни минуты времени. Кейт спала с застывшей улыбкой на губах. Вот она, обуза, от которой ему надо отделаться! Похоже, она тянулась к нему, как и раньше. Он же, хотя и занимался с этой женщиной любовью всего несколько часов назад, не испытывал к ней никаких чувств и никогда испытывать не будет.
Воспоминания о Кристине нахлынули на него, и он всеми силами попытался их отогнать. Однако спасения не было. Едва он забылся сном, она снова явилась к нему в сновидениях. Веселые, лучащиеся смехом глаза, чувственная улыбка, копна густых, вьющихся черных волос до пояса, в которые он запускает руки, ощущая их прохладу. «Кристина…»
Чувствуя боль и тоску в его голосе, Кейт удовлетворенно усмехнулась в темноте. Он никогда ее не найдет! Никогда не заполучит ее вновь. Кейт закрыла глаза и заснула.
Едва забрезжил рассвет, Девлин уже был на палубе и давал наставления команде, как встречать и приветствовать прессу и именитых пассажиров. Все было расставлено по местам, были вымыты сотни бокалов для шампанского, на недавно оборудованном камбузе приготовлены деликатесные закуски для роскошно обставленного буфета.
Дуан появился на борту первым в сопровождении хихикающих молодых девушек.
– Свети, черт побери, сияй! – сказал он, обращаясь к подернутому мглой восходящему солнцу.
– Оно засияет, – уверенно сказал, чуть усмехнувшись, Девлин. – А что это за девушки?
Дуан пожал плечами:
– Хористки с «Доминиона». Они не поплывут. Я их пригласил исключительно для шоу.
На пирсе стали собираться репортеры, и Девлин видел, как устанавливались фотокамеры. Дуан явно не пожалел сил и средств. Когда стали грузить на борт кожаные чемоданы с инициалами, Девлин в последний раз тщательно осмотрел судно. К этому времени Кейт нанесла на лицо завершающие мазки и надела платье, которое когда-то было куплено для Кристины. Кейт оно явно не шло, и Девлин остановился в нерешительности: стоит ли попросить ее, чтобы она сменила платье? В конце концов он решил, что не стоит.
На пристани докеры разгружали соседний корабль, аккуратно укладывая тюки, мешки и ящики на мостовую. К «Ниневии» подъезжали кебы и автомобили. Репортеры, приглашенные на борт, атаковали вопросами членов команды, пили шампанское и изучали список именитых пассажиров.
Поднялось солнце. Три трубы, выкрашенные несколькими слоями яркой краски, сияли в его лучах. Кейт была счастлива. Даже Дуан Йейтс снизошел до разговора с ней. Напомаженные волосы и навощенные усы придавали Дуану солидный вид: он казался старше своих двадцати трех и больше походил на искушенного, опытного магната, чего он, собственно, и добивался.
Кейт никогда не приходилось иметь дело с джентльменом, во всяком случае, на его территории, – денди в «Веселых утехах» не в счет. В партнере Девлина что-то привело Кейт в замешательство. Она знала сотни мужчин, и всех их ее тело приводило в возбуждение. С Дуаном Йейтсом подобного не случилось, и Кейт задумалась: что нужно для того, чтобы привлечь внимание этого шикарно одетого молодого богача – представителя высшего общества Нью-Йорка? Она заговорила с Девлином о подружках Дуана, но не получила ответа. Девлин ничего не знал о личной жизни Дуана. Этого предмета они никогда не касались, и знания Девлина ограничивались тем, что он иногда видел миловидных девушек на заднем сиденье лимузина Дуана. Впрочем, даже если бы он и знал какие-то подробности, он не стал бы делиться ими с Кейт. Личная жизнь Дуана принадлежала только ему самому. Как и личная жизнь Девлина.
Вдруг среди моряков, разгружавших судно у соседнего пирса, Кейт увидела кочегара с «Коринфии». На минуту ею овладела паника. «Коринфия» – это тот корабль, на котором когда-то сбежала Кристина. Кейт окинула взглядом пирсы Манхэттена и в конце концов испытала облегчение, нигде не обнаружив «Коринфии».
Кейт снова отыскала взглядом в толпе знакомого кочегара. Он курил трубку и с интересом и восхищением разглядывал «Ниневию». Кейт сбежала по трапу с судна, пробилась сквозь толпу и схватила кочегара за руку.
Он заморгал, удивленно глядя на Кейт.
Переведя дыхание, Кейт улыбнулась и потерлась об него.
– Ты ведь помнишь меня? Я Кейт, из «Веселых утех», что в Ливерпуле.
Кочегар растянул рот в улыбке, обнажив почерневшие зубы.
– Как же, конечно, помню! А что ты делаешь здесь, по другую сторону лужи?
– Я вот на этом судне. – Кейт кивнула в сторону «Ниневии».
– Вот оно что! Я слыхал, что капитаном «Ниневии» стал О'Коннор. Везучий, шельмец!
– Я хочу спросить, видел ли ты мою подругу, Кристину Хаворт из «Веселых утех»? Я так думаю, что она приплыла в Нью-Йорк несколько месяцев назад. Может, ты что-нибудь знаешь о ней? Я хотела бы повидать ее. Поболтать о жизни.
– Похоже, постепенно ваши девчонки из «Веселых утех» становятся на путь праведный. Сперва она, теперь ты.
– Как это понять – сперва она, потом я? – резко спросила Кейт.
– Она плавает на «Коринфии», ты – на «Ниневии».
Кейт впилась ногтями в руку кочегара с такой силой, что тот поморщился.
– Она приплыла на «Коринфии» сюда, но я хочу знать, где она сейчас.
– В Англии, наверное. «Коринфия» ушла несколько дней назад. Я распрощался с этим судном, а сейчас собираюсь опять бить китов.
– Но где же Кристина Хаворт?
– Так я уже сказал тебе: на борту «Коринфии».
– Ты хочешь сказать, что ее отправили назад в Ливерпуль?
Кочегар покачал головой:
– Она живет на судне. Тут получилось очень забавно. Капитану Риду пришло в голову, что она может увеличить доходы компании. Он обрядил ее в роскошные шмотки своей жены, и Кристина плавает под видом вдовы миссис де Вилье. Вся команда знает про это и очень даже довольна.
– Она плавает на «Коринфии» с каждым рейсом? – переходя на шепот, спросила Кейт. При этом глаза у нее стали маленькие и жесткие, как камешки.
– Ну да, об этом я тебе и толкую. Она сейчас член команды, хотя плавает в роскошной каюте первого класса.
Кейт думала лишь о том, что «Коринфия» с Кристиной на борту совершала регулярные рейсы из Нью-Йорка в Ливерпуль, а «Ниневия» с Девлином – из Нью-Йорка в Саутгемптон. Рано или поздно слухи о Кристине и ее местонахождении дойдут до Девлина. Непременно дойдут!
Из толпы выделился Станислав и схватил Кейт за руку:
– Пошли!
– Нет! – Она выдернула руку.
– Мы можем начать новую жизнь в Америке. Я расстанусь с морем. Я крепкий мужчина и легко найду себе работу. У нас будут замечательные сыновья…
– Нет! – Кейт уставилась на Станислава невидящим взором.
– Я надеюсь, что ты найдешь свою подругу, – сказал кочегар, чувствуя себя несколько неловко. – Она замечательная девчонка. Одна из самых лучших. Передавай ей от меня привет.
– Я передам ей кое-что похлеще, – произнесла побелевшими губами Кейт, поднимаясь по трапу на «Ниневию».
Станислав некоторое время смотрел на нее, затем пожал плечами и поднял вещевой мешок. Он не станет умолять. С тяжелым сердцем он направился в сторону Саут-стрит.
Глава 21
Кристина плыла в танце по залитому светом канделябров залу, а элегантно одетый мужчина с изумлением наблюдал за ней.