С модулем определения реакций собеседника у меня тоже не особо ладилось. Частенько он давал совершенно неверный анализ и приходилось искать и дорабатывать или вообще переделывать тот участок кода, который и давал неправильный анализ. Другого способа, к сожалению, доработать для меня модуль, для мен не было. Только наработка базы и постоянная её проработка.
Неоднократно мне хотелось просто бросить работу над модулем, потому как делать его было нудно и неинтересно, и только понимание того, что в этом негостеприимном мире о мне может в последствии спасёт не только нервные клетки, но и жизнь, заставляли меня продолжать пытать Торсиса и других моих подчинённых, заставляя их то говорить то правдиво, то пороть полную чушь.
Единственным относительно положительным моментом в моём познании магии за это время, можно было назвать только обучение у Лекана. Положительным, потому что, маг, как и обещал за информацию о принципах действия гномьих артефактов начал обучать меня премудростям зачарования. Относительно положительным, потому что, уже на первом занятии вместо того чтобы сосредоточенно вникать в то, что рассказывает мне старик, я думал лишь о как можно более насильственной смерти оного. Пространные рассуждения о моей никчёмности, тупости, бесполезности занимали девять десятых речи этого противного старикашки. И надо сказать, в вопросах вывода из себя разумных он был настоящим мастером. Порой мне казалось что этот чёртов артефактор настоящий телепат, потому как свои комментарии он умудрялся вставлять в самый неподходящий для меня момент, тем самым нарушая мою концентрацию и соответственно не давая мне исполнить его же задание.
Правда, надо сказать, была тут и ложка мёда в этом озере дёгтя. Как Лекан не старался, он не мог увидеть переход заряда от одной руны на другую. Точнее, при максимальном для него напряжении он видел что руны активируются не сразу, но вот разобрать как именно происходит активация он не мог. Что и не удивительно, без помощи персокома я бы тоже ничего бы не разобрал. Вот только, по понятным причинам, ничего про персоком я старику не говорил и он был уверен, что возможность видеть происходящее в гномьем артефакте полностью моя заслуга, и это сильно задевало его гордость. Вот он и старался поддеть меня при каждом удобном случае.