Глава 8
– Марш, поставьте чайник! Я сейчас. – Девушка скрылась за дверью кладовки.
Доволен ли Марш прошедшим днем? «Определенно... Да! Утро было странное, но весь оставшийся день... А поход на ферму? Все-таки Хай действительно очень счастливая. Все в округе ее знают, если понадобится помощь – помогут. Вот как сейчас. Кому мог бы позвонить Марш, чтобы его навестили по такой погоде пешком ранним утром? Даже Том, родной брат, бы отказался. Пусть не в семь. По городским меркам это наверное часов десять – одиннадцать... Кто бы в это время меня навестил? Никто. Хотя... Это, ведь, Джон. Он беспокоился о ней... Хм... «Не похож на преступника.» Это, конечно, приятно... Но вот только преступники порой выглядят приличнее добропорядочных граждан.»
– О чем задумались?
– Да, так. Думаю, как прошел день.
– И как же он прошел? – Девушка поставила перед ним большую миску неочищенного картофеля. – Чистить умеете?
– Да, – процедил Марш сквозь зубы.
– Не обижайтесь.
– Я и не обиделся.
– Ну!?
– Что – ну!?
– Кто теперь ведет себя по-детски? Умеете – отлично! Держите нож. Вот вам еще одна миска. Чистите картошку.
– А что будете делать вы?
– Буду сидеть и наблюдать за тем, как вы работаете.
Удивлен ли был Марш ответом? «Нет.»
– Я серьезно. Что вы будете готовить?
– Ничего сложного. Тушенное мясо с овощами.
Девушка открыла холодильник достала большой кусок свининой вырезки.
– Сколько здесь мяса?
– Вы снова боитесь, что я вас перекормлю?
Он улыбнулся:
– Что-то в роде того. Просто интересно.
Она приподняла мясо на руке:
– Грамм 600-700. Или вы решили записать рецепт?
– А у вас он есть?
– Вы что!? Какой рецепт, если каждый раз состав разный?
– Импровизация?
– Видимо, да. А вообще все под настроение.
Девушка начала нарезать мясо большими тонкими кусками.
– А что это за мясо?
– Свинина.
– А...
– Вы думали это баранина? – Он кивнул. – Мы же не только баранину едим, как я уже говорила, – девушка насмешливо посмотрела на него: – Мы едим даже рыбу.
Мужчина поморщился:
– Вы насмехаетесь надо мной. А что было бы, если бы вы попали в мою стихию?
– Например, приехала в Эдинбург на тракторе и в резиновых сапогах?
Марш рассмеялся:
– И все же... Попади вы ко мне на фирму.
– Ну, мне бы и в голову не пришло покупать то, о чем я ничего не знаю.
– Ферму хочет приобрести отец. Я – его представитель.
– И? Как вы могли поехать, не разбираясь? Вы даже не взяли с собой человека, который может вас проконсультировать.
– В недвижимости я хорошо разбираюсь.
– В недвижимости может быть. А как быть с движимостью?
– С чем?
– С животными. Ферма была выставлена на продажу вместе с животными. А если бы они были все больны или еще что-нибудь?
– Удар ниже пояса.
Девушка отрицательно покачала головой:
– Это дельный вопрос. Если бы я решила покупать вашу фирму – я бы нашла человека, который в этом разбирается, чтобы он посмотрел и сказал мне свое мнение. Вы ведь у себя в городе так и ведете свои дела. Почему же вы сюда приехали один?
«Дельный вопрос, Марш. Отчего ты сюда приехал один?»
– Наверное, я вообще ни о чем не задумывался, когда сюда ехал.
– Вот видите.
Полученные куски Хай разрезала напополам. Зажгла газовую конфорку и поставила на нее огромную чугунную сковороду. Сковорода была большая и глубокая, и, по всей вероятности, очень тяжелая. Девушка достала кухонный молоток.
– Что вы будете делать?
– Мясо отбивать. Вы этим не занимаетесь?
– А надо?
Она пожала плечами.
– Оно тогда мягче. – Она улыбнулась. – Если надумаете купить такой же молоток домой – выбирайте с тяжелой головкой. Они лучше отбивают.
Девушка начала отбивать мясо, а Марш поморщился. «Может, мясо от этого и мягче, но вот процесс...» Через пару минут он уже перестал вздрагивать при каждом сильном ударе.
– Вот и все.
– Все?
– Если вы хотите запомнить, как готовится это блюдо – наблюдайте. Разговоры тут мало помогут.
Она достала из холодильника большой круглый кусок сливочного масла. Отрезала от него довольно большую долю и положила ее на раскаленную сковороду.
– Вы вообще используете рецепты?
– А зачем? Мы же не в ресторане.
– Но...
– Если праздник, или там попробовать что-нибудь новое – да. Но потом, в итоге все готовится по памяти, исключаются некоторые элементы и тому подобное. – Он молчал. – Неужели вы каждый раз, готовя спагетти или лазанью, заглядываете в рецепт?
Он улыбнулся:
– Вы правы... Что теперь?
– Помойте ее. Я сейчас вам дам кастрюлю. – Она достала из холодильника перцы и помидоры. – Вы мне так и не ответили: как же прошел ваш день?
– Не смотря ни на что – отлично!
Она хитро улыбнулась ему:
– Даже не смотря на компанию взбалмошной девицы?
Он рассмеялся.
– Не смотря на нее. Я серьезно. День просто прекрасный. Мне было очень трудно адаптироваться. Мне и сейчас непросто...
– О, вы к себе строги: вы довольно хорошо стали справляться. Особенно после того, как остались без штанов!
Он покраснел, а потом усмехнулся:
– Это был странный момент. Но сейчас я в полной мере понимаю выражение «поймали со спущенными штанами».
Девушка расхохоталась.
– Да уж... Вас застукали без штанов в самом прямом смысле этого слова...
– Мне-то в тот момент весело совсем не было... Что дальше?
– Что дальше?
– Что с картошкой делать?
– Разрежьте на... четыре части. Залейте водой. Я посолю сама.
– Вы не доверяете мне в этом вопросе?
– Это привычка: солить все должен кто-то один. Мы... В общем солила либо я, либо бабушка, но всегда кто-то один.
– Понятно... А какая она была? Вы с таким восторгом рассказываете о ней...
– Она была невероятная женщина. Очень любящая, великодушная и сильная. Я до вчерашнего дня даже не представляла насколько сильная... – У девушки навернулись слезы.
– Простите...
Она покачала головой.
– Я всегда ей восхищалась. Она была медсестрой на войне. Она отправилась на фронт в самом начале, и только летом сорок пятого вернулась в Англию.
– Мой дедушка по маминой линии, про которого я вам говорил, тоже принимал участие в войне. Военно-морской флот.
– Я никогда не задумывалась, как это... Вы только представьте: нужно было убивать людей...
– Огонь большой ставить?
Она посмотрела на горящую конфорку.
– Чуть меньше.
– Чем еще помочь?
– Переверните мясо.
– А что потом?
– Потом мясо достанем из сковороды, а на масле обжарим овощи.
Девушка взялась чистить лук.
– Вам помочь?
– Вы хотите поплакать?
– А вы?
Она долго смотрела ему в глаза.
– Оно получается само собой... Это ведь пройдет?
– Я не знаю. Должно. Мы все в итоге смиряемся с чем-либо.
– Может быть.
Темно-синие глаза ярко блестели от слез. Девушка пыталась усмирить свое дыхание. Что заставило так поступить Марша? Да, чтобы он знал! Он не знал. Он просто подошел и обнял ее. А она, как маленькая девочка, разревелась у него на плече. Она плакала, а он ее не отпускал. Это было правильно. Это было... Маршу хотелось ее защитить от всего. Он сильнее ее прижал к себе.
– Ооох, простите. – Она медленно отстранилась, а мужчине стало... Не так хорошо, как до этого.
– Ничего. Нам всем нужна помощь. Помните?
Она печально улыбнулась и тихо прошептала: