Я глянул вниз на все еще гористый безжизненный ландшафт.
— Скажи мне Сашта, — машинный голос компьютера разнообразил монотонный гул полета. — Почему ты так легко согласился на сотрудничество с нами? Мы ведь тебе даже жесткие условия не ставили!
Пилот уже давно откинулся в кресле, предоставив автоматике самостоятельно справляться со скучным отрезком нашего пути. Он ответил не сразу, сделав умное, задумчивое выражение лица:
— Я уже давно пришел к мысли, что все мы здесь обречены. А вот с таким неожиданным поворотом ситуации может, и выкрутимся как-нибудь.
Он еще немного раздумывал и задал мне вопрос:
— Ты вот не задумывался, почему охрана, долго не рассуждая, сразу расстреляла офицера, твоего заложника?
— И почему? — не стал я строить догадки.
Пилот удовлетворенный своей умностью хмыкнул.
— А они еще больше обречены. И знают об этом твердо. Сейчас у власти сборище офицеров, привыкших бегать меж столами генералов и не более. Солдаты вначале поддержали их путч против начальства. Но вот по протяжению времени до каждого стало доходить неизбежность конца, во всей этой интриге противостояния правительству. Я тоже офицер, пилот. Но у меня хватило здравого смысла не лезть в эти разборки. Своей семье я этим ни как не помогу. И с другой стороны…. Может даже лучше, что моя семья изолирована на родине. Я уверен, грядут тяжелые времена. Социальные катаклизмы, в связи с контактом инопланетян. А так у них будет больше шансов не пострадать.
— Ты, значит, хочешь опять отсидеться в стороне?
— С теми путчистами, что только и умеют изворачиваться в своих докладах начальству, я не видел ничего, что может изменить ситуацию к лучшему. Как это и подтвердилось, в конце концов. Единственный правильный шаг они сделали, уничтожив главнокомандующего со свитой. Да и то, по слухам все получилось незапланированно, больше на эмоциональном срыве. На этом заканчиваются вообще, какие либо действия этих офицеров. Я говорил с Нерагой и возможно он прав. Твое вмешательство, это наш шанс на положительное изменение в нашей судьбе.
— Но ты тогда должен понимать, и я уверен — Нерага тебе этого не утаил, что далеко не для всех будет положительным исход моего вмешательства?
— Конечно, он поделился этими соображениями! Мне лично нечего бояться. Я всего лишь перевозчик. Сказали — полетел. Сказали — прилетел.
Про себя же я подумал, что не так все просто с молчаливым согласием — 'Сказали — выполнил'. Нет, дружок, счет пока в твой минус, а не на нуле, как ты считаешь. Но пока пилот еще нужен именно с таким уверенным, и в какой-то мере флегматичным, настроением.
Решил, есть еще время поинтересоваться технологической и промышленной стороной жизни на Гингбаре. Все-таки пилот оказался более информированным, чем остальные члены моей команды. А политическую сторону оставлю на потом. Если доживу до того времени, как понадобиться ей заниматься!
Колония Гингбар стала самодостаточной. Ну, почти самодостаточной. С некоторыми импортными, как инопланетными, так и с Алотара, компонентами они строили шаттлы, и межконтинентальные корабли. Мощности, правда, были еще не совсем удовлетворительными, но фундамент под будущее развитие этого, да и других производств, уже заложен. Так же было налажено производство нужных сплавов из руды, добываемой на планете.
К слову сказать, почти вся промышленность находилось на орбите. Планета использовалась лишь для добычи ископаемых, воды с последующей генерацией из нее кислорода, а так же производства продуктов питания в нескольких оранжереях.
Вот и подошли мы к одному из главных элементов, наряду с делитиумом, делающих эту планету столь интересной для инопланетян и привлекательной для колонизации. Практически неисчерпаемые ресурсы воды. На Гингбаре были обнаружены под тонким слоем грунта несколько замерзших океанов. По словам пилота, существует предположение, что планета когда-то поменяла орбиту, вследствие столкновения с другим космическим телом. Доказательством служат множественные чужеродные спутники на орбите — остатки хвоста кометы, предполагают астрономы. На одном из них и соорудили центральную орбитальную станцию. На других построили некоторые промышленные предприятия. Вернее производственные лаборатории, потому как продукции они выпускают чрезвычайно мало.
— Есть еще производство микроэлектроники и медицинских аппаратов на орбите, — Сашта многозначительно посмотрел на меня.