Или я уже начинаю много, больше чем надо, думать? А разве может быть больше чем надо? Тьфу ты, совсем запутался в своей паранойе.
— Рассказывай! — левым своим глазом, не мигая глядя в его левый глаз!!!
— Я этого алотара давно знаю. Еще с университета. И всегда мы вот так. Правда, до настоящей драки еще не доходило. И всегда он меня провоцировал. А вот сейчас… уже я не удержался.
Нет, как играет, как играет…. Талантище!
— А чего же вы не поделили то, что бы враждовать все это время? — решил ему не подыгрывать и весь мой сарказм выставить наружу.
Он ни сколько не смутился и продолжал в том же духе повествование якобы давней вражды:
— Парам, так зовут этого негодяя, всегда считал себя лучше всех. Упрям, и не признает никаких авторитетов. Еще очень нагл, и высокомерен, потому что он из семьи высокопоставленных научных деятелей. Все ему давалось легко и все вокруг него должны были постоянно страдать. Лучше его сразу вывесить на твоей гирлянде, — тут он зарекся, осознав, что в запале высказал совсем не то, что нужно и, вообще, позволительное серокожему доктору.
Ага, терки меж ученой братией. А, пожалуй, этот самый Парам становится, мне интересен.
Все равно подозрение остается. И запомнить надо — не сказал ведь ничего заранее — еще в диспетчерской, когда вел переговоры. Может, все произошло бы иначе, если выстраивание отношений с этим отсеком я взял бы на себя. Все-таки Нерага откровенно провоцировал, в надежде на совершенно другое развитие ситуации, а не на простую драку.
А чего я вообще на этом вопросе зациклился? Это же естественно — он будет выжидать удобного для себя момента и ни когда моим соратником не станет. А то мудрю тут с анализом и подозрениями в поведении Нераги. Это наверно от чрезмерного желания выиграть для себя всех более-менее думающих серокожих и этим облегчить мое существование. Да не будет этого. Я их захватчик и я их поработитель. И еще я являюсь им постоянным напоминанием об их неадекватности в поведении и немощности противостоять более откровенной злобе, чем они сами. Нет, надо начинать думать о других кадрах. Все-таки целая планета разносортных рабов у меня в наличии. Кое-кого можно и освободить, вне очереди так сказать.
— А почему борода? — отвлек я его от терзаний из-за своей, так невзначай вылезшей несдержанности.
— Он так подчеркивает свою особенность и не принадлежность серой массе.
О, наконец-то серокожий сам себя назвал серым. Первый раз такое услышал. Видимо, у них тоже цвет кожи особо упоминать не принято. Что-то такое мне напоминает…. От дома родного.
— У вас что, есть еще и с другим цветом кожи?
Здесь он немного замялся, собираясь с мыслями:
— Есть. Это наши давние противники, нет, сейчас скорее конкуренты по влиянию на Алотаре.
Ладно, будем разбираться с этим вопросом, когда придет время. Во всяком случае, что-то вроде союзника наклевывается. И видимо Нерага глядя на меня подумал то же самое. Отчего настроение его совсем не улучшилось.
И вообще, прилетят вот инопланетяне да скажут — 'кто это тута в моем огороде безобразничает!' И никакие союзники хоть с серой, хоть не с серой кожей уже не помогут.
Вот на такой, совсем не оптимистической ноте меня и прервал Старик, говоря по связи, что Сашта вышел из жилого отсека пилотов.
Еще раз посмотрел на пушку. Надо бы поскорее узнать технические характеристики этой хрени. Чтобы в случае чего было на что рассчитывать.
На пути к диспетчерской изучал более внимательно схему базы. Выявил некоторые особенности. Один из рукавов, например, был полностью обозначен как административная единица. Там раньше проживало командование планеты и вообще все вояки. Имелся каземат, медицинский отсек, арестные камеры, отдельный общепит. Также обширные помещения со стратегическим запасом воды, продуктов и резервные реакторы.
Там я, кажется, и буду жить в недалеком будущем. Вот разгребу немного текучку и перееду. А то мало нас, пока, во всяком случае, и оставлять причальную палубу сейчас будет не очень умно.
Вот и диспетчерская. Пилот уже дожидается поделиться своими успехами.
— Они согласны перейти на твою сторону, но с небольшими условиями, — он сделал паузу. Судя по его виду, ждал он, почему то проявления положительного отношения к его рассказу. Не дождавшись от меня вообще ни какой реакции, продолжил: — Они хотят лететь на Алотар и решить проблему со своими близкими. А потом будут всецело на твоей стороне.