Глава 21
Доклад Связиста, вверг меня в прострацию. О такой обыкновенной вещи, как переговоры меж базами серокожих и грузовыми кораблями я просто не подумал. А там уже творился сущий бардак. С моей точки зрения, конечно же.
Оказывается, пока мы занимались приводом под контроль станции, поступило множества вызовов от пилотов в рейсе. Были они все обеспокоены в связи со слухами в эфире и хотели разъяснений. Но связь оказалась заблокирована, и нам было просто недосуг кого-то определить заниматься этой проблемой. Сейчас многие грузовики разгрузившись, дрейфовали на орбите и решали, что делать дальше. А вариантов у них оставалось не очень то и много. Базы серокожих всего две, это оранжерея и судостроительная вервь. Они имели только по одной стыковочной стоянки для судов таких размеров. Если стоянка на кораблестроительной станции уже была занята, то к моему удивлению, в оранжерею пилоты особо не стремились. Пока, во всяком случае, не уверяться в том, что за переворот власти опять случился на центральной орбитальной базе.
Слухи были разные, и в основном думали на моего нового знакомого бородатого Парама, как на самого главного путчиста. В общем, хотели с нами связаться постоянно и получить объяснения. Особенно активно они стали вызывать, когда отследили полет шаттла к планете с Нерагой на борту. Наш пилот стремление пообщаться своих коллег просто игнорировал.
Пришлось мне сажать диспетчера за пульт управления полетами и заставлять нагло врать. А потом еще вызвать Парама и уже его заставлять говорить несуразности, что власть перешла в руки пролетариата, свергла военную хунту и они могут возвращаться, особо не беспокоиться о своей безопасности. Потому как специальность пилот очень нужная и так далее.
И ведь нисколько не врал. Власть действительно перешла пролетариату, бывшим невольникам, так сказать, и военная хунта по-настоящему свергнута. Не объявлять же им, что власть перешла вовсе не к серокожему пролетариату!
Теперь Парам, в данный момент очень угрюмый, восседал на главном кресле помещения и имел всеобщее внимание. Ничего, министр обороной промышлености должен учиться выдавать не всегда конкретные и не со всех сторон правдивые речи своим подчиненным. Чтоб оставались в тонусе и начинали самостоятельно соображать. Иначе, какой он вообще начальник?
И почему он стал моим министром? А кого еще на этот пост ставить? К тому же, мы подсмотрели его возвращение в свой отсек, и пришли к выводу — Парам теперь наш. Очень уж много уважения потерял бородач среди своих людей. Из-за погибших коллег. А когда еще объяснил про свое назначение старшим по оружейной промышленности, стало видно — при других обстоятельствах ему набили бы морду!
Потом начали стыковаться корабли. Навстречу выходил Сашта, требовал в знак признания нового правительства сдать табельное оружие. Многие отказывались, аргументируя — 'не ты выдавал, не тебе и забирать!' Включали профессиональную твердолобость, а может и офицерскую гордость. Тогда Сашта отходил в сторону и на арену выступали громилы Ругата, сразу держа пилотов под прицелом. Дураков среди них к счастью не находилось и все благополучно разоружившись переправлялись к остальным пилотам.
Монополия на грузовые перевозки, к сожалению еще не достигнута. Один корабль оказался на кораблестроительной базе. Что ставит ее захват нашей первоочередной задачей. И только потом мы уже сможем всем диктовать свои правила поведения. Ведь, доставка воды и таким образом, основополагающий элемент для производства кислорода, будет зависеть от нас. Какое-то время они конечно продержаться на собственных запасах, но не бесконечно.
От моих мыслей отвлекся происшествием на стыковочной палубе. Пилот последнего прибывшего грузовика, отдав оружие лиромам, чем-то очень нелестным высказался в сторону Сашта, и вконец войдя в раж, еще и плюнул ему в лицо. Лиромы заржали и только подтолкнули несдержанного пилота следовать дальше. А Сашта так и остался стоять… обтекать, так сказать!
Я тут же получил весточку от Старика:
— Я бы посоветовал тебе, воспользоваться моментом! Можно отделить последнего пилота, избить и потом послать обратно к остальным. Этим ты привяжешь Сашта к себе.
И опять этот взгляд с прищуром хитринки и любопытства.
Вроде дельный совет, но какое-то чувство возникает. Старое, забытое чувство, еще с юности. Не по-мужски как-то, подло! Нет, самому валить серокожих пачками или отдать такое распоряжение другим я готов и не вижу в этом ничего зазорного. Не те они пока, чтобы их жалеть…. Но вот так, как советует Старик…! Таким образом, и себя скоро перестану уважать!