Куда ни глянь везде облом! Чего-то да не хватает.
Глава 23
Я шел по, казалось бы, бесконечному коридору — рукаву отсека оружейников. Впереди еще целый ряд запланированных дел, посещений, ознакомлений и пока поверхностной ревизии всех отделений станции. Надо, вроде бы, внутренне собраться, обдумать задания и линию поведения с местными специалистами, но мысли почему-то витали совсем в других далях.
И все из-за увиденного самого себя через камеру наблюдения при прощании с бородачом Парамом. Произошло это как-то само собой, постоянно сканирующий пространство мой искусственный глаз вдруг обнаружил интерфейс к системе видеонаблюдения этого отсека и уже на автомате 'прошерстил' все камеры в помещении.
'Кстати', - отметил себе, — 'надо не забыть поинтересоваться, почему здесь этот интерфейс? И еще так искусно спрятанный…. Мутят или вернее мутили что-то оружейники у себя в отсеке'.
Почему мой глаз сканирует помещение? А это у меня так паранойя разыгралась, и я дал ей в услугу кое-какую волю для самостоятельного поиска необычного вокруг и анализ этого на степень опасности.
Но сейчас не это главное, а то, что я подглядел себя со стороны, да еще в нескольких ракурсах. Мне стало грустно являться хозяином этакой образины с автоматом на шее, с голым торсом отмеченным множеством шрамов, с неказисто сидящими на мне шортами, бывшими штанами серокожих коротышек и уже разъезжающимися кое-где по швам. Но самое удручающее, это мое лицо… — стянутое в нервном напряжении мускул, грязное, от порезов на коже безобразное и высоко на лоб задранная бровь над искусственным глазом — а-ля Шварценеггер, в небезызвестном фантастическом боевике. Со стороны я уже не выглядел человеком. И внутренне… — тоже закралось сомнение в моей 'человечности'.
А может ну его об это думать?! Ведь, скорее всего это всего лишь подсознательный поиск выхода наружу меня психа и живодера, что бы, наконец-то, наказать всех обидчиков.
Но не думать не получается.
И сейчас в этом предательски грустном настроении я задавал себе вопрос, практически всегда остающийся без ответа — 'а кто я на самом деле?'
Да, кто?
Гонял машины с вроде бы успешного запада на вроде бы неуспевающий восток. Вся жизнь в дороге. Но тогда нравилось. Обернулся, денег заработал. Постепенно обрастая знакомыми и клиентурой, уже беря деньги заранее в задаток на заказ очередной звезды мирового автомобилестроения. Дешевые отели, дорога, девки по настроению и наличию денег. К сначала угнетающе действующей разнице по обе стороны границ тоже привык. Как-то быстро научился вычислять некоторые несогласованности жития за рубежом и подстраиваться, не попадая по их влияние. Ну и наш восточный бардак, и беспредел в контрасте. Иногда он даже казался симпатичным по сравнению с якобы порядком западных стран. Пришел к выводу — никогда не бывает достаточно хорошо там, где находишься. Но все это так, незначительная накладка на психику при такой моей деятельности.
Изменения происшедшие на рынке легковых автомобилей я честно проворонил! Увлекся безмятежностью — съездил, пожил там, приехал, пожил тут. Богатым не стал, стимул развиться в этой области так и не появился. Да и торгашом как таковым я никогда не был. В таком деле действительные торгаши и не приживались. Их быстро вычисляли и у них не получалось хоть как-то раскрутиться. Они, как правило, выживают, и даже пользуются успехом в более крупных фирмах. Там где можно и даже выгодно быть пройдохой и ответственность сложить на работодателя. А здесь напрямую с людьми и ты сам себе шеф. Сам устанавливаешь степень навара на клиенте! И, как правило, скрывать от него размер твоей выгоды не стоит. Чего я никогда и не делал. Ну, почти никогда. Были пару клиентов, показавшимися мне какими то левыми.
Постепенно с бизнесом стало туго, и я вложился в грузовик автовоз. Подвязался с одним автомагазином и на первом же рейсе попал — потерял управление и перевернулся. Вот так и закончилось мое предпринимательство. На погашение долгов ушло все то, немногое, накопленное, еще и не хватило. Семью так и не завел, с единственной сестрой отношения не складывались. Муж у нее упертый фанат безумного патриотизма, с наполненной железобетонными идеями головой. Она у себя дома и пикнуть не смеет. В кого только сестренка уродилась? Мама вроде всегда вела себя достойно, да и отец не позволял на себе ездить. Но их уже нет, и некому нас правильным советом поддержать. Вот и пришлось мне подаваться в далекие края, а если точнее — в моря.