- Мы уже, сладкая, - он начинает подмигивать мне.
Что они уже? Вместе что ли? Что, блин? Куда моя семья меня отдала?
Часть 22
Мне очень страшно от того, что я не понимаю, что они от меня хотят, а еще они больные наголову.
Один сидит, кушает, уткнувшись в телефон, второй меня игнорирует, даже не смотрит в мою сторону.
Нахрена тогда было это шоу в моем доме?
— Мне на вопросы кто-то ответит? — смотрю я на них двоих, у них опять ноль внимания — вы что, глухие?
Я честное слово даю, что закатю им такую истерику, что в себя прийти не смогут.
— Эль, ответ на все ее вопросы, девчонку то жалко, с набитым ртом говорит и дальше продолжает — у меня внезапные дела, поэтому давайте, мои дорогие.
Он прошел около меня и тихо сказал, чтобы только я услышала: Удачи, красавица — улыбнулся и вышел из дома.
Сразу перевожу взгляд на зверя, да, много кличек у него. Он смотрит, как будто раздевает своим взглядом.
О, боже, спасите!
Он делает шаги в мою сторону, идет ближе, а я наоборот — иду назад, подальше от него.
Его рука касается моего запястья, потом он поднимает мой подбородок, чтобы я взглянула в его глаза. В этот момент его другая рука начинает меня обнимать за талию. Я смотрю на него с непониманием и большим страхом, но он усмехается.
Он настолько огромный, что я еле дышу, меня трясет всю.
Я не могу произнести ни слова, а он теперь убирает прядь моих волос за ухо и произносит:
— Почему ты так сладко выглядишь? — начинает шептать мне на ухо, а я до сих пор ничего сказать не могу.
Но что он, блин, делает? Его рука, которая секунду назад была на талии, спускается вниз, и я сразу вскрикиваю.
— Ты что делаешь? — но я до сих пор прижата его телом — Убери свои руки от меня!
Он смотрит мне прямо в глаза, как какой-то хищник, улыбается так, что это значит?
Он отпускает меня и начинает отстраняться.
— Что по плану, пойдем?
Смотрю, ничего не отвечаю, жду, когда он продолжит говорить, но он молчит и просто смотрит на меня диким взглядом.
— План?— уже начинаю говорить, понимая, что он ждал, когда я спрошу. Он начинает опять улыбаться, ох, ну ладно, улыбка ему идет.
— Да, сладость, план такой: мы через пару дней уезжаем в Нью-Йорк и…
Я не даю ему договорить.
— Что? Нью-Йорк? Зачем нам туда?— говорю дрожащим голосом.
— Я там живу, сюда по своим делам приезжаю — он спокойно говорит мне это.
Ну нет, ну нет, ну нет!
— Почему ты раньше не сказал? Это знает моя семья? Ты с чего взял, что я с тобой улечу, а?
— Уясни, изумруд, ты теперь моя, я могу делать с тобой, что хочу, — спокойно говорит он, ублюдок, что он несет, — твоя семья, точнее твой прекрасный дед, отдал мне тебя!
Да, дед обменял меня, все ради своей выгоды, променял внучку!
— Я не ВЕЩЬ, НЕ КУКЛА, я человек, слышишь?— кричу, подхожу к нему теперь ближе. — Я не хочу уезжать, тут моя семья!
— Которая отказалась от тебя?
— Отказался от меня дед, а мои родители этого не делали — смотрю на него с обидой и болью. Сам же сказал, что дед обменял меня. Он замечает как мне больно это говорить , но ему все равно
Звонит его телефон, он поднимает трубку, что-то соглашается, смотрит на меня и говорит:
— Изумруд, планы меняются, завтра уезжаем.
Во мне сразу все рухнуло.
Часть 23
Хочу раствориться прямо тут. Он сказал завтра, что я смогу сделать до завтра? Даже сбежать невозможно, даже если сбегу, то куда пойду? Он отошел, говорит до сих пор по телефону, что я буду делать одна в чужом городе? Меня накрывают ужасные мысли, слезы сами по себе текут. Вот интересно, за что это все, что я сделала? За что я испытываю это все? Я просто хотела жить обычной жизнью, как нормальные люди, но в моей семье этого не давали. Тогда я думала, что смогу выйти за хорошего человека, и это не вышло. Дед сам все решал за всех. Столько боли… Что будет теперь со мной дальше?
Я не могу уехать… Нет, не могу, не хочу. Я не хочу быть с этими ненормальными, не хочу.
Я буду протестовать, не сяду в самолет, не выйду никуда за порог этого дома. Пусть силой берут, но я не выйду. Я не хочу покидать свою страну, откуда я знаю, что они будут делать со мной там? Куда я там пойду?
Ищу туалет на первом этаже, захожу, сразу же смотрю в зеркало. Глаза красные, руки у меня трескаются. Может быть мне… нет, плохая идея. Может, я смогу выбраться и попрошу у него свободы? Я надеюсь, что это получится. Я ему скажу, что так жить не хочу, руки на себя наложу.