Пока Эльмар до сих пор разговаривает, в моей голове возрождается план — идиотский, но всё же. А вдруг у них пилот хороший? Я попрошу его о помощи, он может понять меня — я же девушка, всего 18 лет, а уже вот так со мной.
— О чём думаешь? — бархатный голос перебивает мои мысли о помощи.
— Почему Лукас с нами не летит? —а вообще это к лучшему, потому что если бы их было двое, я точно бы выпрыгнула из самолета.
— У него тут ещё дела остались, закончит — вернётся к нам, — с усмешкой произносит Эльмар. — А что? Я смотрю, тебе очень нравится Лукас.
Я ничего не говорю и закатываю глаза. Идиот.
— Пошли, сладость моя, — говорит он и идёт к самолёту. Ой, что будет-то!
Нас встречает стюардесса, когда мы поднимаемся уже в самолёт. Она говорит: «Добро пожаловать». Ага, добро… говорю про себя и иду за зверем. Он показывает рукой, куда садиться, а сам садится напротив. Стюардесса подходит и говорит: «Через 10 минут взлет». Я понимаю, что кроме меня и него в салоне нет никого. Ну и стюардесса будет, я так понимаю. Целых восемь часов… это число крутится у меня в голове.
Стюардесса подходит ко мне с подносом, а на нём стакан и таблетка.
— Что это? — спрашиваю у неё. Она смотрит на меня с таким взглядом, как будто я не знаю, какой вопрос задала. Сразу же перевожу взгляд на зверя.
— Ты говорила, тебе плохо бывает. Вот выпей — и всё будет ок, — смотрю на него так, что готова убить. Не буду я пить — знаю, что будет хуже.
— Пей сам, — коротко и ясно.
Его взгляд темнеет и становится злобным. Он махает рукой стюардессе, чтобы она ушла. Она уходит, а я также пристально смотрю на него, на его глаза.
— Не хочешь — не пей, мне всё равно. Я спокойно могу лететь пару часов, — фыркает он мне. Идиот. Зверь.
Обиженно убираю взгляд от него, как вдруг пилот объявляет о взлете, и через 5 минут мы взлетаем с моими молитвами. Смотрю на зверя, который все это время смотрел на меня, как вдруг он убирает взгляд и начинает читать какие-то документы, которые ему принесла соблазняющая стюардесса, крутит перед нами своей пятой точкой. Но у меня-то лучше. Ой о чем я думаю, а? Нужно придумать, чем занять себя…столько времени. Может, предложить ему свою помощь с документами?
О, стоп! В голову приходят всякие вопросы к нему, например, кем он там работает. Интересно же, вот только он говорил, что на все мои вопросы ответит уже в Нью-Йорке. Ну а мне-то пофиг, да?
—Кем ты работаешь? - пристальным взглядом смотрю на него.
Он поднял на меня взгляд на пару секунд и опять вернулся к проверке документов. А мне-то интересно!
—Ну, кем? - уже даже не поднимает на меня взгляд.—Так ты вообще работаешь? Или у родителей на шее сидишь? А?
Молчит. Не смотрит. Тишина.
Так мне-то ответ нужен! Может, он действительно сидит у родителей на шее, и зачем мне такой нужен?
Короче, я поняла, что он не хочет мне отвечать, поэтому думаю, что было бы неплохо поспать. Может, тогда полет пройдет быстрее
Мне хватило пары минут, чтобы заснуть, и то плохо. Каждые десять минут я вставала и обратно засыпала, а еще , когда спала, слышала все.
Но самое главное - я не знала, что ждет меня дальше.
Часть 27
Меня бросает в жар, в горле комок, я начинаю просыпаться от того, что мне не хватает воздуха. Приоткрываю глаза и смотрю на Эльмара, который тоже уснул. Документы отложены на стол, меня кто-то накрыл пледом. Мне срочно нужно узнать, сколько времени осталось лететь. Сижу так минут десять, решаюсь встать и найти стюардессу, чтобы спросить, сколько еще до посадки. Она была в заднем части самолета. Я спросила, и девушка ответила, что осталось еще четыре часа. В голове только мысль о том, что я не смогу еще столько лететь. Меня разносит. Захожу в уборную и начинаю умываться, чтобы как-то прийти в себя.
Когда мне становится чуть легче, я иду к своему месту, где встречаюсь с Эльмаром глазами. Он осматривает меня с головы до ног. Я тихо прохожу и сажусь на место, поднимаю ноги под себя, смотрю в окошко, поворачиваю голову к Эльмару — он сразу убирает взгляд и снова смотрит в документы.
Опять воздуха не хватает, мне очень жарко. Я не могу. Нажимаю на кнопку, чтобы позвать стюардессу, понимая, что кондиционер не работает. Попросила её отрегулировать его. Она попыталась, и хоть как-то он начал работать. На мне снова взгляд мужчины, который пристально изучает меня. Да, я ужасно выгляжу.