Тропа, бежавшая вдоль оврага, становилась все Уже. Порой она совсем исчезала среди высокой травы и кустов.
Туристы пробивались вперед напропалую, подняв повыше фотоаппараты, чтобы спасти их от мокрой зелени.
Попался еще один ручей с глинистыми размытыми склонами. Нужно было прыгать по корням, по каким-то гнилым жердочкам. И опять воду в кеды умудрились не набрать только самые ловкие. От ручья лезли, цепляясь за ветки, помогая друг другу.
В гуще темных, глухих зарослей наткнулись на сгнившие венцы срубов, какие-то большие котлы, а чуть в стороне выделялся среди зелени желтый купол: целый холм серы, возле которого не росла трава.
Оказывается, японцы доставляли сюда серу из кратера вулкана и перерабатывали ее. Доходное дело. Сырье лежит на поверхности и не имеет примесей. На Парамушире у японцев действовала даже подвесная дорога, доставлявшая серу с вершины Эбеко в долину.
Я как-то не заметил, когда появились первые ростки бамбука. Они смешивались с травой, с кустарником. Постепенно светло-зеленых трубчатых побегов с продолговатыми листьями становилось все больше, они вытеснили траву и цветы. А потом лес поредел, исчезли деревья и началось настоящее царство бамбука. Он загораживал все окрест. Тонкие и гибкие стволы с шорохом смыкались за спиной.
Остановишься на бугорке, глянешь назад — сплошная, чуть седоватая масса зелени с разбросанными кое-где купами кустарника. Людей не видно. Лишь шевелится, раздвигаясь, бамбук да изредка мелькнет платок или берет.
Мы не задерживались, боясь отстать от своей группы. В зарослях бамбука легко заблудиться. В лесу можно влезть на дерево и посмотреть вокруг, а на бамбук не залезешь.
Впереди возник почти отвесный обрыв метров двадцати высотой. На нем заметны были следы ног, выбивших в глине некое подобие ступеней; виднелись кусты, обломанные теми, кто, падая, надеялся удержаться за них.
Наш добрый доктор посоветовал отдохнуть перед последним рывком и обязательно не курить. Я и сам послушался, и у Алексея отобрал папиросу, призвав его следовать примеру старших.
Слева бежал в овраге быстрый мутный ручей. Над ним поднимался пар. В некоторых местах около ручья пар струйками выбивался из земли. Берега были покрыты желтоватой коростой. Пестрели красноватые и оранжевые камни. Пахло протухшими яйцами. Этот ручей впадал где-то внизу в ту речку, мимо которой мы ехали, и отравлял ее воды.
По крутому склону поднялись все, даже немолодые женщины. Помогла взаимная выручка, помогла решимость. Обидно ведь останавливаться, не переступив последний порог.
Перед глазами открылась обширная, овальной формы, прогалина — мертвая зона, окруженная кольцом зелени. Мрачно высились бесформенные нагромождения черных и красноватых камней, сброшенных сюда извержением. Мелкие камни, как бомбы вылетавшие из кратера, будто впаяны в лаву.
Лишенная растительности, желтоватая от серы прогалина ближе к краям становилась темнее, приобретая то розовый, то какой-то рыжий оттенок. А в центре ее с гулом и свистом рвалась вверх высокая. струя пара, клокотал газ, распространяя удушливый запах сероводорода. Это и есть фумарола. В стороне от нее бушуют другие, а во многих местах пар просто клубится над расселинами, будто догорают среди камней заброшенные костры.
Фумарола похожа на маленький кратер, весь покрытый желтым, глянцевитым наростом серы. Пар и газы бьют из отверстия диаметром около метра. Бьют с такой силой, что струя отбрасывает в сторону даже тяжелые камни. В глубине фумаролы что-то бурлит и словно ворочается медленно и тяжело. Под ногами ощутимо подрагивает почва, такое чувство, что вот-вот разверзнется земля и провалишься в преисподнюю.
У меня было странное состояние. Совсем близко, в трех шагах, находилось «окно» в совершенно неведомый мир. Мы осваиваем космос, но еще никто не проник в «раскаленное царство». Нам известно, что ада нет, что фумаролы не отверстия над котлами для варки грешников. Но как прорваться в земные глубины? Вход рядом, однако охрана у него такая, что не подступишься. Вот она, великая тайна, и мы стоим на самом краю ее!
У второй фумаролы, образовавшейся на склоне оврага, голос особенный. Струя пара и газа бьет под углом, и не гудит, а свищет и подвывает. Вокруг отверстия особенно много серы, ярко-желтая корка облепила весь склон; около кратера заметны изломы — это струя прокладывала себе путь, выбивая наросты.