В почтительном отдалении за «Туркменией» шел военный корабль. Голубоватая дымка размывала его очертания, но с помощью бинокля я определил: типичный американский сторожевик. Он так долго маячил у нас за кормой, что на него перестали обращать внимание. Тем более что праздник на теплоходе разрастался и ширился. По-моему, он был организован хорошо, с привлечением широкой общественности. Я тоже внес в подготовку его свой вклад в виде широченных спортивных шаровар. Они очень понравились самому Нептуну — немолодому туристу атлетического телосложения. А такому здоровяку лучше не перечить, тем более если он выдвинут на должность морского царя.
Кроме того, накануне праздника вечером я под большим секретом сообщил Людмиле — секретарю Нептуна, что ночью двое шутников собираются просверлить несколько дырок в деревянном бассейне. Людмила поверила и подняла переполох. До самого рассвета возле бассейна несли вахту черти и другие активисты из свиты морского царя. Они даже подвергли преследованию влюбленную пару, случайно появившуюся в этом районе.
Имея такие выдающиеся заслуги, я рассчитывал получить приличное место, чтобы видеть и слышать всю церемонию. Но места захватывали по способностям. Я, разумеется, опоздал. Пришлось стоять на прогулочной палубе в задних рядах, довольствоваться взрывами чужого смеха и обрывками реплик. Поднявшись на цыпочки, можно было увидеть роскошную бороду Нептуна, его трезубец, а также черные обнаженные телеса вертлявых чертей.
Эта позиция меня никак не устраивала. Вспомнив о том, что возле бассейна установлен микрофон, я бросился в каюту. Ну, так и есть, праздник транслировался по судовой сети, было слышно все, что говорил Нептун,4 его подчиненные и его жертвы. Я схватил тетрадь и под аккомпанемент хохота, визга и топанья, доносившихся с палубы, начал записывать:
Бас Нептуна:
— Этого, этого волоки! На колени его!
— Есть, ваше высочество!
— Фамилия как?
— Огоньков я.
— В окиянах бывал?
— Первый раз довелось.
— Чем грешен?
— Романтик.
— Братцы! Р-р-романтик попался! — голос Нептуна превратился в восторженный рев. — В купель его! Купай, пока пощады запросит!
Плеск воды, крики, потом нарастающий женский голос, радостный и испуганный:
— Ой, отпустите! Ой, откуплюсь!
— Чем откупишься?
— Стихи прочитаю!
— Какие?
— Не придумала еще!
— Раз не придумала — давай в воду! И печать ей на обе руки!
— Слушаюсь, ваше высочество! — это голос старшего черта. К Нептуну — подобострастный, к жертве — грозный и беспощадный. — Платье сымай!
— Ой, не надо! Прямо так лучше!
— Имя-то ей какое? Нептун, имя ей нужно!
— Креветка! Креветкой нарекаю тебя! — забасил Нептун. — Так и зовись отныне во веки веков!
Снова топот и крики: волокут новую жертву.
— Чем грешен?
— Да всем, всего попробовал!
— Черти! Редкостный экземпляр попался! — у Нептуна ликующий голос. — Что делать-то будем!
— Купать!
— Нет! Такие экземпляры беречь надо! Нарекаю его осьминогом и велю поставить восемь мазутных печатей! Пущай смывает вместе с грехами!
Неожиданная тишина. Что там случилось? Ага, капитана ведут! Под восторженный визг и вой чертей капитан говорит, что ставит Нептуну и его помощникам бочонок вина. Бочонок тут же, его несут матросы. Нептун и черти пробуют, крякают. Чувствуется, что винцо того, крепковато. Капитана, разумеется, не бросают в бассейн. Наоборот, Нептун клянется отныне беречь и хранить его во всех походах. Но публика несколько разочарована. Публика требует ярких зрелищ. А что может быть приятней — раздеть и бросить в воду самого капитана!
Учитывая настроение масс, попытался сделать карьеру писклявый и завистливый писарь-звездочет (удачно переодетая Людмила). Звездочет начал клепать на капитана. Тот, мол, сбился с курса и ведет судно не во Владивосток, а на Северный полюс. Пассажиры все одеты легко и на полюсе замерзнут. Ну, а черти схватят насморк в первую очередь, так как их греет только собственная шкура.
Однако капитан не сдался. Он попросил создать комиссию для проверки курса. Старший черт с двумя помощниками и кучей туристов устремились на мостик.
Опять крики, визг, смех. Опять купают грешников. Но вот с гвалтом возвращается комиссия. Она убедилась, что капитан ведет судно точно по курсу. А звездочет — лжец!
— В воду его! — приказал Нептун.
Людмила полетела в бассейн прямо в своем балахоне и заверещала там, путаясь в одеяниях. Следом за ней окунули в воду механика. Но тут исчез куда-то старший черт. Нептун кричал до хрипоты, призывая его: морской царь остался без обоих своих помощников. Список звездочета, в котором числились грешники, желавшие купаться, намок. А черти, потеряв управление, разгорячились и развоевались неудержимо.