Количество белок в лесах зависит от многих причин, но главным образом от корма — семян хвойных деревьев: ели, лиственницы, кедра, пихты и сосны. Охотоведы утверждают, что кормовая база не уменьшилась, белки в тайге много. Однако охотники утратили к ней интерес. На смену ей снова пришел соболь.
Одно время ценному зверьку грозило полное уничтожение. К 1935 году в приенисейской тайге соболь уцелел только в самых отдаленных и труднодоступных местах. На территории Красноярского края осталось всего пять небольших очагов, где он еще встречался. Поэтому были приняты решительные меры — запрещена охота на этого зверька.
К счастью, соболь размножается столь быстро, что в 1942 году уже был разрешен частичный отстрел. А теперь соболей развелось столько же, сколько их было в начале XVII века, то есть около четверти миллиона голов в одном Красноярском крае. Каждый год охотникам разрешается добывать двадцать пять — тридцать процентов от общего числа соболей, и это нисколько не отражается на их численности. Наоборот, соболь продолжает размножаться и расселяться по новым районам.
Вообще в Красноярском крае за последние десятилетия почти повсеместно возросло количество диких животных. И это и то время, когда в других местах, где плохо налажено охотничье и лесное хозяйство, количество зверей катастрофически убывает.
На берегах Енисея встречаются все виды ландшафтов, свойственных Сибири: степи и лесостепи, тайга горная и равнинная, тундры полярная и высокогорная, арктические пустыни. Фауна на Енисее очень разнообразна и богата. Кроме соболя и белки здесь добывают песца, горностая, колонка, зайца, лисицу. На притоках Енисея вновь акклиматизировался бобр. В тайге встречается бурый медведь, на берегах Ледовитого океана — белый. Много здесь лосей, оленей, маралов и разной другой живности.
В 1929 году в Туруханском районе была выпущена в водоемы первая партия ондатры (водяной крысы). За два десятилетия ондатра расселилась по территории всего края, от южной границы до полярной тундры. После войны случались такие периоды, когда добывалось ежегодно до двух миллионов ондатр, но количество их продолжало расти. Теперь этот ценный зверек занимает в пушном хозяйстве края второе место после соболя.
Во многих местах нашей страны осталось мало зверей. А на берегах Енисея наблюдается совсем другая картина: здесь не хватает охотников. Несколько десятилетий назад их ныла целая армия — более пятидесяти тысяч человек. В наши дни договоры на сдачу пушнины заключают с заготовительными организациями не более десяти тысяч охотников. Конечно, охотников спортсменов в два-три раза больше, но они добычей пушного зверя, как правило, не занимаются. Вот и получилось, что теперь в крае опромышляется (это слово взято из охото-экономических отчетов) не более одной трети беличьих угодий. Сейчас добывается около полумиллиона белок, а можно без всякого ущерба отстреливать в три или четыре раза больше. Не лучше обстоит дело и с охотой на водяную крысу. Добывать ее из-подо льда трудно, а специалистов (ондатроловов) очень мало. Запасы этого цепного зверька используются наполовину.
От Енисейска на юг регулярно ходят автобусы. До Красноярска можно доехать за несколько часов на такси, а севернее города начинается почти полное бездорожье. Дальше, до самого Ледовитого океана, существуют только два пути: воздушный и водный. Оба они зависят от погоды и поэтому не всегда надежны.
Километрах в семи от города в Енисей впадает река Кемь. Ныне известна она только тем, что в устье ее хорошо поставлено сельское хозяйство, особенно пчеловодство. Много тут собирают вкусного меда. А лет двести — триста назад в этих местах проходила водная дорога из России в Китай. Потом, особенно когда построили Транссибирскую магистраль, об этой речке забыли. Но не все. Ученые не раз возвращались к заманчивой идее: соединить Обь и Енисей судоходным каналом.
В 1810–1812 годах на трассе предполагаемого капала были даже проведены изыскательные работы. При подсчете выяснилось, что на строительство нужно затратить девятьсот тысяч рублей. Для казны такая сумма оказалась не по карману. Проект отклонили.
Много бумаг было написано по поводу канала. А потом дело заглохло: нашлись работы более срочные, сулящие близкую выгоду. Но сама идея прожила полтораста лет, живет она и в наши дни. Действительно, какая заманчивая перспектива соединить две великие реки, открыть дешевый водный путь от Урала до Восточной Сибири, то есть связать те места, в которых найдено много полезных ископаемых, где предполагаются в самое близкое время грандиозные стройки.