- Отстранить. От. Полётов! Обоих! До особых. Распоряжений! ВОН!
Попытки выдавить ответные реплики привели к тому, что Фурсов всё же что-то запустил в пилотов, и присутствовавший в кабинете Фернандес вынужден был за воротники вытащить лейтенантов в коридор, ради их же собственной безопасности.
- Cálmate, hombres, [3] - сказал он уже на безопасном расстоянии от кабинета Фурсова. – Кэп успокоится и, уверен, изменит решение. Либо его остудят сверху. И, да, я бы тоже сбил нарушителя.
На этом Фернандес ушёл к себе, а Смит и Купер, повесив носы, поплелись в сторону доков.
Несмотря на, мягко говоря, минорный настрой итогов совещания у Фурсова, к величайшему удивлению обоих лейтенантов, в доках их встречали, как героев Галактики. На их территории, кажется, собралось всё лётное соединение: и техники, и пилоты истребителей, и матросы со сторожевиков, и экипажи других патрульных кораблей. Сюда даже затесалось несколько девушек из центра управления полётами и медицинского блока. В качестве приветственного гимна был исполнен фрагмент «баллады», сочиненной матросами из Сканд-сектора, но в этот раз слова звучали совсем не обидно, а даже вызывали подобие гордости.
Затем к остолбеневшим лейтенантам вышли старший техник и старший лейтенант из центра управления полётами. Первый сообщил, что ТС-42 является первым патрульным кораблём станции, который записал на свой счёт подтверждённую победу, поэтому пилотам торжественно вручается трафарет и краска для нанесения соответствующей отметки на борту. Старший лейтенант, в свою очередь, сказала, что злоключения ТС-42 являются «одним из любимых номеров полётной программы», поэтому было принято решение выдать кораблю персональный позывной. Следом перед глазами Смита и Купера появился заполненный и завизированный кем-то из старших офицеров бланк, в котором в соответствующей графе уже значилось «Тайра».
- Нам было лениво что-либо изобретать, поэтому просто взяли название серии, - ответила старший лейтенант на удивлённые взгляды пилотов. – Возражения не принимаются.
Билли и Бобби, сраженные внезапным приступом смущения, попытались сказать что-то в ответ, но их голоса потонули в громоподобной команде старшего техника:
- Всё, представление окончено! Парад! Разойдись!
***
Следующие двое суток можно было назвать самыми тоскливыми в жизни экипажа «Тайры». Будучи прикованными к базе, Билли и Бобби несколько поникли и выглядели даже подавленно. Единственным развлечением было нанесение отметки о сбитом корабле и условно удачная попытка изобразить разъярённую тайру на носовой части «патрульника». На третьи же сутки был вызов «на ковёр», где Фурсов, сияя злорадной ухмылкой сообщил, что в самое ближайшее время ожидается прибытие комиссии из командования сектора, и «им двоим влетит за всё».
«Ближайшее время» наступило буквально через пару часов после озвучивания объявления. Смита и Купера снова вызвали к Фурсову, и там они стали свидетелями, как его выражение торжествующей ненависти сменилось на ошеломлённое удивление. В ходе короткого совещания выяснилось, что прибывшие офицеры имеют задачу по сбору информации о боевом применении «Тайры-М». Оказалось, что уничтожение нарушителя у места гибели «Акадии» - первый случай, когда патрульный корабль данной модели столкнулся с реальным противником и применил вооружение в боевой обстановке. Также офицеры вручили Фурсову резолюцию, отменяющую его приказ об отстранении экипажа «Тайры» от полётов, и, прежде чем отправиться с Билли и Бобби к кораблю, сообщили, что ещё через пару часов должна прибыть вторая группа из командования, «располагающая некоторыми вводными касательно инцидента у места гибели «Акадии».
Поняв, что Звёзды вновь пролили на них благодатный свет, лейтенанты воспрянули духом и во всех подробностях рассказали комиссии о том, как себя показала «Тайра» в ходе боя, не забыв показать записи с системы видеонаблюдения и дав скачать информацию с бортового информационного терминала. Офицеры из командования сектора, как казалось, записывали буквально всё, даже попытки Купера и Смита спорить друг с другом, если их описания тех или иных действий начинали расходиться. В итоге, комиссия закончила работать только под конец суток, прервавшись только на приёмы пищи и при появлении Фернандеса. Последний сообщил, что вторая группа из командования прибыла на базу, и на следующие сутки назначено большое совещание, связанное с инцидентом.