«Ваше тело — ваше дело! Вы сами распоряжаетесь им и помните, что Господь не зря даровал вам тело для жизни в этом мире!», донеслось из ТиВи. Там остались только местные каналы, они самые дешёвые были, а два — с проповедями — вообще бесплатные. Их Маша включала сразу, как приходила, чтобы в тишине не сидеть. На этих, с проповедями, часто крутили того проповедника, что она слушала в больнице. Ей нравилось про то, что тело только её и она сама с ним делает что хочет.
«Ты всегда можешь обратиться в клинику „Твои изменения“. Твоё тело — твоё дело. Наше дело — помочь тебе узнать, истинную ценность твоего тела. Обращайся в лучшую клинику трансплантологии и пересадки органов. Узнай, сколько ты стоишь сегодня, чтобы не продешевить завтра». Дальше шел адрес местного отделения клиники.
Маша всмотрелась в бегающую строку.
Совсем недалеко от клуба…
Глава 18
Пружина сжимается
Пружина-1. Водитель
— Эй, русский! Давай сюда. Завтра едешь. Не позже десяти чтоб был в отеле. В Чикаго. Как там его, — менеджер с трудом прочитал название. Хуц-Ги-Сати постарался скрыть раздражение.
Сколько тут этот мекс уже живёт? А нормально говорить так и не научился. Вслух, конечно, ничего не сказал. Заказ есть, хорошо.
Да еще и в Чикаго, может, сумеет выкроить немного времени, заскочить к Керуку после акции.
— Загрузят тебя в ночь, тут написано, груз прям перед твоим выездом привезут, — посмотрел в свой планшет менеджер.
Индеец снова равнодушно кивнул. В ночь — значит, в ночь.
Значит, сейчас можно пойти домой, немного поспать. Машки, наверняка, дома уже нет, с облегчением прикинул он. Она его раздражала, уже не раз думал — гори оно всё, уйду! Что-то останавливало. Голос какой-то спрашивал — ты ж её сюда притащил, теперь бросаешь? Делалось стыдно, от этого чувствовал себя ещё гаже.
Тупым, ещё и сволочью.
Засыпал, к счастью, едва голова подушки касалась.
Как в армии говорили — в полёте.
В какой армии? — ошалело подумал индеец, я ж никогда не служил! Но, вот, подумалось же. И на неуловимый миг, но очень чётко, мелькнула перед глазами картинка — двухъярусные койки, застеленные синими шерстяными одеялами, высокие ботинки «берцы» на деревянном, отдраенном до невероятной чистоты полу, на табурете рядом с кроватью сложенная квадратом камуфляжная куртка.
И — ощущение того, что наломался за день, спать хочется неимоверно. После учений по выживанию — снова шепнул знакомый-незнакомый голос.
Хуц-Ги-Сати помотал головой, голос пропал.
Машки, действительно, дома не было, в холодильнике — пустота. Только бутылка нестерпимо сладкой дешёвой газировки «с неповторимым ароматом и изысканным вкусом тропического коктейля». Сколько? Неделю, наверное, Машка покупала только его и, кажется, им и питалась.
Хуц-Ги-Сати от тоски хлебнул из горла, тепловатая — холодильник снова пришлось отключать, чтоб сэкономить на электричестве, — газировка комом провалилась в желудок и растеклась там как замазка на жаре.
Поморщился и завалился спать.
Казалось, минуты не прошло, как в дверь постучали. Решительно, но вроде без хамства.
Кого там духи приволокли, вскинулся Хуц-Ги-Сати, ошалело крутя головой. Посмотрел на часы, неужто, опоздал? Нет, и часу не прошло.
В два шага оказался у двери, потрогал кинжал на шее.
Глянул в глазок — Шикопи.
Вот это да.
Хуц-Ги-Сати говорил, конечно, где живёт, сиу же не кто попало, а Керук посоветовал, но Шикопи держался подчёркнуто осторожно и даже в подъезд не заходил. Тут, на тебе, сам пожаловал.
В руках здоровенная сумка — с такими мексы тут ходят, разносят в них какой-то товар по небольшим магазинчикам и барахолкам, что тянутся вдоль авеню в кварталах победнее.
— Привет! Заходи, — кивнул гостю Хуц-Ги-Сати. Почесал в затылке. — Угостить, правда, нечем. Ты извини, я тут перед рейсом отоспаться решил.
— Знаю, потому и пришёл, — Шикопи прошёл в крохотную комнату, бережно поставил сумку на пол. — Передай это завтра нашим. Очень надо.
— А откуда знаешь? — удивился Хуц-Ги-Сати.
Сиу улыбнулся.
— Друг, нашему делу помогают самые разные люди! И мы помогаем разным людям. Сегодня повезёшь груз, который нужен нашим братьям на завтрашней акции.
— Так и понял. Прослежу, чтоб всё загрузили аккуратно. А что за груз-то? Ещё чем помочь могу? — всё же здорово чувствовать себя нужным. И отвлекает от того дерьма, в которое его засосало.
— Главное, доставь всё вовремя. А тут листовки, которые завтра будут раздавать наши братья и сёстры во время акции, — кивнул на сумку Шикопи и сжал плечо парня, — я верю в тебя, друг. Теперь пойду. Выспись как следует.