-Можешь даже голышом. Я сегодня добрый, - разрешил Леша.
-Я согласна! - повисла я на шее парня. - Ты только представь, сколько времени, сил и нервов мы сэкономим! - откровенно нарывалась я. - Не надо несколько часов рыться в гардеробе в истерике под названием "мне нечего надеть!", не надо тратить время на одевание, - продолжала я, скидывая с себя одежду, оставаясь в одном белье, усиленно не замечая выражение Лешиного лица. А он долго ждать не собирался - как только я в очередной раз с наигранно - радостным визгом пробежала мимо, этот засранец резким движением поймал меня и уложил меня к себе на колени так, чтобы животик находился между коленей, чтобы не навредить малышу, одновременно одной рукой удерживая меня в положении кверху попой. И тут я поняла, что довыпендривалась.
-А чего это ты так обрадовалась? Ты всерьез решила, что я отпущу тебя абсолютно голой?
-Ага, - не подумав, ляпнула я. Зря. Лешка ощутимо приложил своей лапищей мне по попе.
-И с каких это пор ты собираешься выставлять свои прелести на всеобщее обозрение?
Ещё один шлепок.
-Еще раз меня шлепнешь, и ни в какой ресторан мы с тобой не идём, - пригрозила я в ответ на очередной шлепок.
-А ты и так не идёшь никуда, - спокойно произнес Лёша, продолжая меня шлепать. Было не больно, но все равно ощутимо.
-В смысле? - не поняла я.
-В прямом. Ты наказана.
-И мы будем весь оставшийся вечер питаться бутербродами? Хотя, я могу пиццу приготовить за пятнадцать минут.
-Хочешь - пеки. А я в ресторан пойду.
-А я? - не поняла я.
-А ты наказана, - невозмутимо ответил вредина.
-За что?
-За то, что хотела выйти голой из дома.
-Так ты же сам разрешил! - возмутилась я.
-А теперь запрещаю. Ты только моя. А это значит, что только я имею право видеть тебя голой. Понятно?
-Понятно.
-Раз поняла, значит свободна.
Я встала, потирая ушибленное место, и стала молча одеваться.
-А ты чего это одеваешься? - вкрадчиво спросил Леша.
-В смысле? - не поняла я.
-Ты так радовалась, что можешь гулять без одежды. Я не могу лишить тебя такой радости, я же не на столько жестокий! Дома можешь ходить как хочешь, особенно если дома никого нет, кроме меня.
-А ты почему одеваешься?
-Я бы с удовольствием тоже бы пошел голышом, но, боюсь, меня в ресторан в таком виде не пустят, - оскалился вредина. Я в ответ молча продолжила одеваться.
-А как же твоя мечта? - ехидно спросил Леша..-Перебьюсь как-нибудь, - буркнула я, уходя на кухню. Было обидно, что из-за нелепой шутки я сегодня останусь дома. Чтобы немного отвлечься, я начала готовить пиццу.
-А что, неплохо вечер проведу, давно мечтала о таком, - отвлекала сама себя разговором, чтобы непрошенные слезы не вырвались наружу. Не сейчас. Вот уйдет Лешка, и наплачусь вволю, пока он не видит, а сейчас нельзя. Потом. Всё потом.
Кое-как накрошив начинку, бросила ее в сковороду на тесто. Пять минут под крышкой, и ужин готов. Только аппетита почему-то нет. Закрыв сковороду, я отвернулась к окну. Вздохнула, и обняла себя за плечи. Я на столько погрузилась в свои мысли, что не услышала, как на кухню зашёл Леша.
Глава 24. Алексей
Боже мой, с кем я живу? С самой лучшей малышкой на свете! И умница, и красавица, и за себя постоять в мое отсутствие может! И слова-то какие мудреные знает! И не раскололась, засранка, где такие слова откопала! А ещё хотела сама пакеты таскать, коза! Да ее только за это уже надо пороть, не дожидаясь новых косяков! Но вместо этого я сделал то, что уже давно хотел. Я об этом мечтал целую вечность! А вот теперь можно и позаигрывать с моей малышкой. Очень надеюсь, что она сейчас мне не зарядит. Но мелкая снова меня удивила. Бульдожьей хваткой вцепилась в шутку, случайно ляпнутую фразу. Видя, с каким энтузиазмом она начала раздеваться, мне почему-то стало не по себе. А как только представил, что кто-то другой может увидеть мою малышку без одежды, так руки сами сжались в кулаки. Она моя. Только моя. Осталось ещё только ей об этом сообщить. Блин, вот умом понимаю, что мелкая провоцирует меня, но наказать все равно надо, чтобы даже мыслей таких больше не возникало! Но кажется, перегнул палку. Испортил настроение своей малышке. Ушла расстроенная. Надо было ее просто отшлепать. И как теперь к ней подойти? Зачем я решил сказать такое? После того, как у нее загорелись глаза, сказать, что иду один. Дурак. И как теперь подойти к ней? Одних извинений, боюсь, будет недостаточно. Простить-то может быть и простит, но настроение у нее не поднимется. Ладно, буду импровизировать.
Одевшись, решил поискать мелкую. Хотя, искать - громко сказано. Ася такую бурную деятельность развела на кухне, что разве только глухой не услышит. Понятно. Сейчас ее трогать не следует. Еле дождался тишины. Прошел на кухню, ожидая чего угодно: от уничтоженной кухни до апокалипсиса на всей планете, который лишь по счастливой случайности не затронувший нашу спальню. Осторожно вышел из комнаты и тихонько направился на кухню. Но увиденное повергло меня в шок: абсолютно целая кухня, обалденно пахнущая сковорода на плите, и погрузившаяся в свои мысли мелкая. Тихонько подошёл к девушке. Она этого даже не заметила. Выключил плиту и тихонько обнял мелкую. Она вздрогнула, но не обернулась. Я положил подбородок на макушку мелкой, и тихонько произнес: