Дана остановилась на пороге и, подняв руку над головой и опершись о косяк двери, спросила:
— Какое сегодня число, Павел?
Он взглянул на ручные часы:
— Двадцать третье… а что?
— Через месяц у тебя экзамен!
— Через месяц и два дня, Данушка! — поправил он и поставил вазу с печеньем на полку над головой, что с его стороны было чрезвычайно опрометчиво. Он знал, что за этим последуют упреки, поучения. У нее один разговор: занимайся, экзамен, занимайся, экзамен! Ну что за невозможная баба!
— Покажи, сколько ты сегодня выучил!
— Что это, проверка? Контроль?
— Я хочу, чтобы ты в конце концов сдал этот несчастный экзамен!
— Мне не нужны твои понукания!
Дана перелистывала конспекты лекций. На одной странице что-то привлекло ее внимание, она пробежала черные строчки, но тут же швырнула конспекты на пол к его ногам.
— Ты к ним даже не притронулся!
— У меня были другие дела, — отговаривался Павел, — сегодня просто руки не дошли!
— Чем же ты занимался?
— Мне необходимо было разобрать маг. Ты и представить себе не можешь, сколько я с ним провозился, Только что закончил…
Дана вздохнула и покачала головой:
— И для этого ты сидишь дома? Из-за подобной чепухи ребенка таскаем в детский сад?
Павел сел и умоляюще сложил руки.
— Дана, прошу, не трогай меня. Я сам знаю, когда зубрить и когда немного отдохнуть.
Дана насмешливо фыркнула:
— Это мне известно!..
Павел вскочил, на лбу вздулась жилка, он заорал:
— Не дрессируй меня, как мальчишку, ты не на уроке, а я не твой Бржихачек!
Дана, не сказав ни слова, резко повернулась и пошла в кухню.
Целый час, не меньше, они не обменялись ни словом. Павел лежал на диване, уставившись в угол комнаты пустым взглядом, Дана готовила белье для стирки. Она сняла с постелей пододеяльники и наволочки и надела чистые.
Розовые в зеленую полоску, ее любимые.
Дана слышала, как Павел встал и открыл шкаф — видимо, одевается, — но, не повернув головы, продолжала свое дело. Она любила менять белье. Белье приятно пахло. Стирая, Дана не жалела мыла и крахмала. Чувствовала, что он стоит за спиной, ожидая, что жена обернется и все ему простит…
— Я ухожу… — выдавил, наконец, он.
Дана резким движением надела на подушку наволочку и, наклонившись над кроватью, принялась застегивать пуговицы. Она молчала.
— Вечером придут наши! — заметил Павел мимоходом. — Мать звонила.
Дана распрямила спину. В левом боку кольнуло, она потерла согнутой рукой больное место и сказала металлическим голосом:
— Вот и купи для них что-нибудь к ужину!
— Я? — удивленно протянул Павел.
— Или дай мне денег! — еще жестче выкрикнула ему в лицо Дана.
— Я же тебе отдал всю стипендию… — пробормотал он заикаясь.
— И угрохал ее на свои бандуры! — кивнула она головой в сторону комнаты. Павел не сомневался, что Дана имеет в виду аппаратуру, которую он на прошлой неделе так выгодно купил у своего товарища по институту.
— Они такие же твои, как мои… — возразил он, отлично понимая, что эту битву уже проиграл.
— Мне они ни к чему! Если я не могу позволить купить себе новое пальто, то на эти деньги ты бы лучше купил Павлику лыжную куртку! Ты же, разумеется, покупаешь аппаратуру!
— Дана, денег у меня нет! — пытался он убедить жену.
— Тогда не зови гостей!
— Это мои родители! — Он уже начинал злиться.
Дана сложила вдвое вышитое покрывало и застелила кровать.
— Без денег ужина не приготовишь для кого бы то ни было!
Павел стиснул зубы и процедил с ненавистью:
— И тебе не совестно!..
Он с минуту стоял молча, словно готовился изо всех сил хлопнуть дверью, но, расслабив руку, будто боясь обжечься, выскочил вдруг в переднюю. Дважды щелкнул замок.
«Слабак, — подумала Дана и горько усмехнулась, — хоть бы дверью треснул! Даже этого не может!»
Адамцева успела вовремя подать заявление в автошколу. Ее включили в список начинающих где-то около пятнадцатого ноября. Она думала, что сделает мужу сюрприз, но тот, выслушав новость, лишь прогудел:
— Только деньги бросать на ветер! Ну скажи на милость, куда ты будешь ездить?
— За покупками, к нашей Кветушке до Пекловиц и, вообще, куда понадобится! — Адамцева попыталась ответить по существу.
Он сел и оперся на спинку кровати.
— Сколько раз ты сядешь за руль?.. Дороговатые выйдут поездки!..
— Ты тоже платил за автошколу, но я не сказала тебе ни слова.
Он развел руками.
— Я — это совсем другое дело!