удет, её рыцарь. Кузины дразнили её каждый день, и когда на её переднике случалось появиться пятну, они наперебой предлагали свои услуги, чтобы помочь «бедной баронессе». «Знатные дамы не должны утруждать себя, - с серьёзными лицами говорили они. – У них полно слуг. Давайте мы вам поможем, баронесса...» Но вместо помощи, они мазали её фартук сажей, и Изабелле стоило немалого труда отчистить его. - Ничего страшного, - говорила она себе ночами. – Они просто не знают, то, что знаю я. Стать знатной дамой может каждая девочка, нужно только как следует захотеть и не терять надежу. Не терять надежду... Время шло. Отважному Жерару исполнилось 18 лет, а прекрасной Изабелле 16. Они по-прежнему жили своими жизнями и верили в мечты, когда в королевстве разразилась война. Рыцари одного знатного рода, на гербах которых красовался подорожник, выступили против других, не менее знатных рыцарей, на чьих гербах красовался щавель. «Подорожники» называли «щавельнистов» мятежниками, а те в свою очередь, называли их изменниками. Обе стороны собрали под свои знамёна внушительные армии и бились друг с другом не щадя сил и жизней, хотя никто толком не мог объяснить почему именно они это делают. Жерар понял, что настал его счастливый час. Он простился с семьёй и отправился на войну, где вскоре, благодаря своей отваге и преданности, стал оруженосцем одного знатного толстого рыцаря, большого любителя пиров, турниров и войны. Правда, для всего этого он был уже слишком стар и толст, и не мог без посторонней помощи ни влезть на лошадь, ни спуститься с неё, но был готов драться с каждым, кто бы усомнился в его силе и ловкости. Он пропустил большинство сражений, так как вечно просыпал, а если ему и иногда удавалось встать вовремя, то он никогда не выходил из своей палатки, не позавтракав плотно. Ел Гийом много и обстоятельно, отдавая дань каждому блюду, а потому к тому моменту, когда он был сыт, одет и взгромождён при помощи четырёх слуг на своего коня, битва обычно заканчивалась. - Чёрт знает что такое! – ругался он, узнав, что опять опоздал. – Придётся опять выпороть слуг, за то, что они не разбудили меня вовремя. Подумать только, война идёт уже несколько месяцев, а я до сих пор в ней не участвовал! Безобразие... Расстроенный и голодный, он возвращался обратно, грозился высечь слуг, но те вовремя подавали вино и жаркое, и толстяк Гийом откладывал наказание «на потом». А потом были фазаны, куропатки, фаршированные яйца, ветчина, сыр, пироги, ещё пара кувшинов вина, так что, в конце концов, храброму рыцарю оставалось только одно – спать – что он и делал, а проснувшись, немедленно садился ужинать, так что для расправы со слугами у него просто не оставалось времени. Лишь однажды, судьба улыбнулась ему. Его ужин настолько затянулся, что когда пришла весть о грядущей битве, Гийом всё ещё был на ногах. - Превосходно, - воскликнул он, разгорячённый вином и жареной индейкой с каштанами. – Седлайте моего коня, несите мои доспехи и если я опять опоздаю на битву, то клянусь громом, я всех вас насажу на моё копьё и изжарю точно рождественских гусей! Слуги засуетились и через час, пыхтящий от натуги Гийом, выехал из лагеря и одним из последних присоединил к схватке, в которой также принимал участие наш юный друг Жерар. Битва была ужасающей. Сотни рыцарей мчались друг другу навстречу, выбивая противников из седла, ломая копья и мечи. Тысячи стрел затмевали небо и обрушивались на ряды копейщиков, раскалывая их щиты и пробивая кольчугу. Крики, стоны, ржание лошадей и оглушающий грохот железа наполнил тихую доселе долину и в эту жуткую толчею ринулся на всём скаку Гийом, опустив забрало и грозно потрясая своим копьём. Это было великолепное зрелище, но вот незадача, когда до вражеских рядов оставалось каких-нибудь сто шагов, конь Гийома, устав нести на себе непосильную для лошади тяжесть, споткнулся и наш рыцарь, кубарем вылетев из седла, упал в большую лужу. Всё бы ещё могло закончится весьма сносно, поднимись Гийом на ноги и продолжи вести бой, но судьба оказалось весьма капризной дамой и под собственным весом и весом своих богатых доспехов, толстяк начал банально тонуть в грязи... От ярости и обиды, на его глаза навернулись слёзы и он, из последних сил приподняв из грязной жижи лицо, издал протяжный вопль, на который обратил внимание Жерар. Он поспешил на помощь знатному рыцарю, помог ему выбраться и встать на ноги. - Вперёд, - закричал толстяк, почуяв под ногами твёрдую землю. – Мы покажем этим «щавельнистам» что к чему. - Но милостивый государь, - скромно потупил глаза Жерар, видя какая редкостная удача, идёт к нему в руки, – ваша доблестная атака заставила врагов в панике отступить. Битва завершена. Мы победили. Гийом протёр глаза и увидел, что враг действительно разбит и бежит. - Хм, - сказал он, гордо подбочениваясь, - кажется, они и вправду дали дёру. Затем он, не поворачивая головы, как можно небрежнее спросил юношу: - Но, что, собственно произошло? Я что-то плохо помню тот момент, когда меня выбили из седла... - Я вам всё сейчас расскажу, - сказал Жерар, помогая рыцарю снять шлем и отыскать меч. – Когда вашего оруженосца ранило стрелой, и он отстал, вы бросились в самую гущу схватки, рыча точно лев и размахивая своим копьём как великан. У врагов затряслись поджилки, а некоторые даже упали на колени и стали молиться... - Действительно? – прервал его Гийом. – Так всё и было? - Ну разумеется, - ответил Жерар. – Я стоял в 20 шагах и всё отлично видел. - Хм-м-м, - пробурчал рыцарь - Продолжай... - Так вот, когда вы были в нескольких шагах от неприятеля и готовы были обрушить на него весь ваш гнев, Чёрный рыцарь на огромном вороном коне налетел на вас сзади точно демон... - Чёрный рыцарь ты сказал, - спросил Гийом. - Совершенно верно, ваша милость, - кивнул юноша. – На огромном вороном коне. - Ага... - пробормотал Гийом. – Так-так... и что же он сделал этот Чёрный рыцарь? - Он предательски ударил вас своим копьём в спину и, так как вы не ожидали подобной низости, вас выбросило из седла на землю. - На землю? – переспросил Гийом. – Ты сказал не в грязь, не в воду, а на землю? - Именно так, - кивнул Жерар. – На землю, где вы, прежде чем потерять сознание, успели проткнуть своим мечом трёх солдат неприятеля... Гийом, который действительно немного ударился головой и отбил копчик, растеряно огляделся. - Послушай, - сказал он, поманив пальцем юношу, - ты действительно всё это видел?.. - Своими собственными глазами, ваша светлость! - Превосходно, - просиял Гийом. – Отныне вы мой оруженосец. Приведи мою лошадь, и поедем обедать. От такой битвы у меня разыгрался жуткий аппетит... Не менее интересно обстояли дела у Изабеллы. Одним воскресным утром, покупая на рынке зелень, она заметила толпу зевак, потешающуюся над молодой девушкой, немногим младше самой Изабеллы. Девушка была одета совсем просто и её светлые волосы были распущены, но держалась так, будто была дочь самого короля. Изабелла подошла ближе и прислушалась. - Так вы говорите, что вы, баронесса? – услышала она бас торговца сладостями. - Да, - ответила белокурая девушка, чем вызвала новый взрыв хохота. - Чудесно, ваше высочество, - склонился в насмешливом поклоне торговец, подмигивая своим приятелям. – И чего же вы желаете? - Несмотря на то, что вы грубиян, я желаю попробовать ваши сладости, - ответила она. – Вид у них весьма соблазнительный. Новый взрыв смеха потряс рынок. Люди стали собираться в толпу, а Изабелла протиснулась в первые ряды. - О, простите меня великодушно, - затряс косматой головой продавец. – Угощайтесь, ваше высочество, но сначала заплатите... - Я же уже сказала вам, что у меня нет с собой денег, - ответила девушка, не теряя самообладания. - Как?! – притворно изумился торговец. – У баронессы нет денег? - Нет, - сказала девушка. - Совсем-совсем? – никак не мог поверить продавец. - Совсем-совсем, - ответила девушка, начиная хмурится. - Что, даже малюсенькой медной монетки? – не унимался торговец, подмигивая своим товарищам. - Да нет же! - сказала девушка, гневно сверкая глазами. Торговец открыл рот, чтобы сказать ещё что-то остроумное, но тут он заметил Изабеллу и сменил тон. - Ба, - произнёс он, вновь принимаясь насмешливо кланяться. - Смотрите кто к нам пожаловал. Сегодня вся знать нашего города почтила меня своим присутствием. Как ваши дела, Изабелла? Ваш рыцарь ещё не вернулся с войны? Но, ничего, ничего, такая знатная дама как вы обязательно его встретит... Изабелла отчаянно покраснела и приготовилась ответить нечто дерзкое, как вдруг, белокурая девушка схватила её под руку и радостно воскликнула: - Какая удача! Знатная дама! Превосходно. Одолжи мне, пожалуйста, несколько монет, чтобы заплатить этому грубияну за его сладости. Просто я сбежала из замка сегодня утром, чтобы побродить по городу в одиночестве, и очень проголодалась. - Конечно, - ответила Изабелла, стараясь подражать тону и манерам незнакомки. – Вот, держи. Она протянула всё, что у неё было девушке и та, не глядя, высыпала медяки на прилавок. - Этого достаточно? – спросила она торговца. Тот пробурчал нечто неразборчивое, недоумённо глядя на двух девушек. - Пойдём, - сказала белокурая девушка, откусывая большой кусок от имбирного пряника. – Мне тут больше не нравится. Расскажи мне о себе. Где твой замок? Они вышли с рынка под руку как заправские подруги, и гуляли около часа, болтая о том о сём. Баронессу звали Нелли, она росла без матери и была на редкость разумной и некапризной девушкой.