Глава 6
Мисс Леннард обменялась взглядами с доктором Хэссоллом и председателем и невольно вздохнула:
– Тогда ничего не поделаешь. Вы должны отвечать за последствия. Вы уволены со своей должности. Вы покинете больницу не позднее завтрашнего дня. Только послужной список спас вас от худшего наказания – лишения сертификата. Некоторые члены комитета хотели, чтобы этот случай был передан на рассмотрение совета медсестер. Но из уважения к вашей предыдущей безупречной работе мы решили замять дело. Вы можете попытаться устроиться в каком-либо другом месте. Это зависит только от вас. Я, конечно, не могу дать вам никаких рекомендаций. Я не желаю больше вас видеть. Прощайте.
Энн невидящими от слез глазами смотрела на главную. То, что эта мудрая и добрая женщина, которая обучала и поощряла ее, чье уважение, как Энн не сомневалась, она заслужила, теперь осуждала ее и испытывала к ней абсолютное презрение, отзывалось в сердце невыносимой болью. Но что можно было сделать? Ничего.
Когда Энн отвернулась, доктор Хэссолл нанес последний удар:
– Нет в мире ничего хуже, чем плохая медсестра. И нет ничего лучше, чем хорошая. Помните об этом, медсестра Ли. Помните всю жизнь.
Выйдя из кабинета, Энн вытерла глаза, затем поспешила к себе. К счастью, она никого не встретила. Держась за сердце и задыхаясь, будто от бега, она добралась до своей комнаты. Ее ждала Люси.
– Энн! – воскликнула Люси. – Что у тебя? Весь день не могла вырваться к тебе. Из-за этой проклятой Холл пришлось дежурить до пяти часов. Скорее! Скажи мне! Что у тебя?
– Ничего. – Энн говорила медленно, как будто откуда-то издалека. – Меня выгнали. Вот и все.
Люси вздохнула с облегчением:
– Только и всего?
Взгляд Энн по-прежнему оставался отстраненным. И все же сквозь болезненный туман эмоций она ощутила эгоизм сестры.
– Разве этого недостаточно? – сказала она.
– О, понимаю, понимаю! – виновато воскликнула Люси. – Но я подумала, что могут завести дело, полицейское расследование – это гораздо хуже. Я была готова к тому, чтобы признаться во всем. Я все думала, что они могут сделать что-то ужасное.
Энн гневно развернулась. Ее вдруг охватила злость – горячая, неистовая злость.
– Ты бы лучше думала как следует этим утром. Тогда бедный ребенок был бы жив. О! Просто ужасно, какой-то кошмарный сон! Я не могу поверить, что все это на самом деле.
Люси напряглась.
– Мне еще не поздно признаться, – жестко заявила она. – Я сделаю это, если надо. Не думай, что я боюсь. Я сейчас же пойду к главной.
– Она тебе не поверит, – сокрушенно сказала Энн. – Подумает, что ты пытаешься меня выгородить.
В маленькой комнате воцарилась тишина, печальная, несчастливая тишина. В мучительной тоске Энн смотрела в окно, Люси упрямо прикусила губу. Затем со словами искреннего раскаяния она бросилась к Энн.
– О, прости, правда прости! – всхлипнула она. – Я не понимаю, как вообще такое случилось. Поразительно, что ты взяла вину на себя. Никогда на такое не решилась бы, никогда, никогда! Я не настолько смелая. И мне никогда бы не выдали сертификат. Для меня это был бы конец. Но ты легко можешь найти другую работу, Энн. И когда сдам экзамен, я перееду к тебе. В любом случае мы бы не остались здесь надолго, правда, Энн? Мы бы не стали гробить наши жизни в такой дыре, как эта? Но конечно, если надо, я все равно признаюсь…
Глава 7
Люси чуть ли не в истерике что-то бормотала, а Энн успокаивала ее, прижав к себе и гладя по голове. Она так любила сестру, что принесенная ради нее жертва стала не просто необходимой, но и неизбежной. Они сидели вместе на краю кровати, глядя в окно, представляя где-то на горизонте свое будущее, тогда как в вечерних сумерках проклевывались далекие городские огни.
– Куда ты поедешь? – прошептала Люси.
Энн уже обдумала это. Она всегда связывала свою судьбу с большим городом. Теперь ей представился такой шанс – пусть неожиданно и в связи с печальными обстоятельствами.
– Я поеду в Манчестер, – сказала она. – Так что не волнуйся. Я быстро найду работу. Там много предложений. Это не так уж далеко от тебя, моя дорогая.
На мгновение воцарилась тишина, затем Энн, поколебавшись, заговорила снова:
– Только вот о чем я хочу тебя попросить, Люси. – В темноте комнаты ее голос звучал угрюмо. – Раз ты считаешь, что я что-то сделала ради тебя, то сделай и ты кое-что ради меня. Обещай никогда больше не быть такой безответственной. Обещай мне, что больше никогда ничего подобного с тобой не случится, что ты полностью осознала свою вину. Обещай мне быть хорошей медсестрой.