Убрав место преступления, то есть очистив свою квартиру от крови, он вздохнул с облегчением.
Время близилось к часу ночи – все уже давно спали и смотрели десятые сны – это-то и было на руку грязному убийце.
– Поймаю какого-нибудь извозчика, доеду до Бездны (прим.: Река Бездна обрела скандальную известность благодаря убийцам, прячущим в ней трупы, и утопленникам, которые не хотят, чтобы их взбухшие тела обнаружили, ибо воды этой реки тянут всё на глубину, а мёртвые и живые тела никогда не всплывают на поверхность. Учёные и исследователи морских глубин уже несколько веков пытаются посчитать, сколько тел захоронено в этих кровавых водах, и из года в год тщетно пытаются опуститься на самое дно Бездны. Но дна у этой реки словно не существует) и сброшу туда тело! Патрульные всё равно редко там бродят, им плевать на то, что происходит у реки. Ах, бедный Создатель! Слепо и глупо верит, что его указы и поручения выполняются! А никто и не поймёт, что когда-то здесь была ещё живая бедняжка Тая! Вот такой вот я молодец, как всегда, как всегда!
Обильно наполнив воздух ароматом мужского парфюма и сокрыв тем самым запах крови, Айлай переоделся в тёмную одежду, надел медицинскую маску, чтобы сокрыть лицо, багровую кепку и вышел из дома.
Спустя пару метров, к его счастью, из-за угла вышел русый извозчик в чёрной поддёвке и широким багровым поясом. Он держал руки за спиной, а на левой половине лица у него был продолговатый шрам от глаза до губы.
– Здравствуйте, сударь! – добродушно улыбнулся извозчик. Улыбка эта расположила к себе убийцу. – Куда в такой час отправляетесь?
Напоказ прокашлявшись, Айлай поправил кепку и сказал:
– Ох, извозчик, вы мне как раз-таки и нужны! Можете докинуть меня до Упырской улицы? Я только с гостей, мне срочно нужно добраться до дома, пока Бесы не начали бродить по нашим улицам...
– Конечно-с, сударь! Не бойтесь, много денег с вас я не возьму, в отличие от прочих извозчиков! Пройдёмте за мной до машины.
Мужчины за дружеской беседой об очаровательной, даже романтичной погоде дошли до угла, из-за которого пришёл извозчик, и сели в чёрную машину. Чемодан загрузили в багажник.
– А тяжёлый у вас чемодан, сударь! – сев за руль, воскликнул извозчик. – Кирпичи везёте с гостей?
– Ха-ха, можно сказать и так! Гостинцев мне понадавали видимо-невидимо!
– Завидую-с белой завистью! Сам погряз в работе; в гостях в последний раз был пару лет назад.
– А что так?
– Друзей нет, сударь! Работа у меня такая, что друзей иметь почти невозможно, ибо привыкаешь к работе, на которой на дню видишь десяток разных лиц и каждый со своей изюминкой. Они теперь перед лицом как кинолента мелькают, оттого видеть одно лицо раз за разом уже разучился, устаю от однотипности, ха-ха! Потому и друзей больше не держу, а старые отреклись от меня. Ну, шелуха сама отпала!
– О как! Грустно звучит.
– Я уже привык, не стоит печали; жизнь наша слишком коротка, чтобы тратить её только на горести. Надо радоваться и наслаждаться, ха-ха!
– Согласен, дружище!
Они выехали на дорогу.
– Ну что, у кого в гостях были-с?
– Да так, у родных ночевал, а то давно дядю с племянницей не видал! Соскучился по ним, потому привёз им всяких сладостей да пряностей, – он прокашлялся, вспомнив, что играет больного.
– Заболели, сударь?
– Простыл немного; холодно у них! В маске хожу второй день, свои бациллы не хочу распространять.
– А вы заботливы к окружающим, сударь! Главное в театр не ходите в таком состоянии.
– Почему? – но, когда до него дошла шутка, он посмеялся. – Ай! Нравишься ты мне, дружище! Как тебя звать-то?
– Равиль, Рава – как душе вашей угодно-с!
– Равиль, значит... А я Айлай! – решил не притворяться убийца, ведь всё равно видится с извозчиком в первый и последний раз.