– Но все равно остался дураком, – заметил Чиун.
– Нет... но мыслит все равно туго, – согласился с ним Римо. – Опасен, однако, сверх всякой меры. Для того, чтобы восстановить компьютер, нам пришлось его преследовать до самой Москвы.
– Гордонс, – удивилась Анна, – бывал в России?
– А помнишь случай с ракетой “Волга”? – ответил Римо вопросом на вопрос.
Анна молчала. Секунду спустя она поняла, что сидит с широко раскрытым ртом, и поспешно прикрыла его ладонью.
– Но это же один из наших главных государственных секретов. Откуда вы узнали о нем? Кто рассказал вам?
– Какой там секрет! Просто вы не смогли запустить человека на Луну сразу после американцев и боялись, как бы они не предъявили на старушку свои права. Вот и решили изобрести смертоносный микроб, который мог заражать космические корабли и скафандры, и запустить его на Луну на ракете-носителе. А ракету назвали “Волга”. То есть отравить Луну, чтобы никто не мог на нее позариться.
– Об этом плане я слышала, – холодно ответила Анна. – Это было безумие, я согласна. Но за него несет ответственность прежний режим. Наше нынешнее руководство не способно на что-либо подобное.
Римо пожал плечами.
– Как бы то ни было, мы с Чиуном отправились за нашим другом в Москву. Ваши уже захватили его. Для того, чтобы запустить “Волгу”, им как раз был необходим искусственный интеллект. Именно тот компьютер, который растворил в себе Гордонс. Поэтому мы заключили с Гордонсом перемирие и убедили его вывести-таки “Волгу” в космос и задать ей там неправильный курс. Так и случилось – и Луну спасли, и избавились, как мы считали, от Гордонса. Думали – хэппи-энд, а смотри, как все обернулось.
– О “Волге” тогда бродило множество разных слухов, – произнесла Анна задумчиво. – Руководитель проекта был обвинен в служебном несоответствии... и его, по-моему, даже расстреляли.
– Бизнес есть бизнес, радость моя.
– Но я все равно не пойму, как мог этот Гордонс оказаться вблизи “Гагарина”. “Волга” ведь ушла далеко в открытый космос.
– Это, – признался Римо, – я тоже не могу объяснить. Смит внезапно оторвался от монитора.
– О, Господи...
– Что там, Смитти?
– Гордонс знает, где нас искать.
– Да, он теперь не тот, что был раньше. Кое-что начал соображать. А может, просто купил “Кто есть кто в Соединенных Штатах Америки”.
– Нет. Не думаю, – сухо ответил Смит и окинул всех троих суровым взглядом. – Даже будучи затерянным в космосе, Гордонс на многое был способен. И, как видно, ему удалось собрать некую управляемую систему из остатков этой “Волги”, или как ее там. Особого труда это для него не составило. Найти Землю – другое дело. Специальной навигационной программы у него не было. Если только он не запеленговал какой-то сигнал.
– Что проще, чем зажечь спичку. Сигналов с Земли в ближний космос поступает достаточное количество.
– Только не из санатория “Фолкрофт”, Римо.
– Тогда как же он нас засек?
– А помните передатчик, который при последней встрече Гордонс вам имплантировал?
Римо углубился в воспоминания, задумчиво почесывая в затылке.
– Да, было дело. Он сунул мне под кожу на спине такую крохотную штуковину, помню, боль была, как от укола булавкой. Правда, потом ощущения были более сильные. Мешала она мне здорово, пока Чиун не вынул ее...
– Если бы ты еще спокойно сидел... – проворчал Чиун недовольно.
– Вынул и передал мне, – кивнул Смит. – Потом эта, как вы выразились, штуковина куда-то исчезла. Я, помню, подумал еще, что она упала с моего стола и после уборки я выбросил ее вместе с мусором.
Анна Чутесова резко вскочила на ноги.
– Если этот Гордонс успел побывать и в вашем кабинете, тогда понятно, почему он приземлился вблизи от “Фолкрофта”.
– Весьма вероятное объяснение, – согласился Смит.
– Но тогда, значит, этот передатчик все еще здесь. Где вы его в последний раз видели? Смит задумался.
– Собственно... прямо здесь, – он указал на свободный от бумаг участок на широкой дубовой столешнице. – Я, помню, положил его на стопку каких-то распечаток. Я обычно кладу их на это место... уже много лет.
– Тогда, – безжалостно подытожила Анна, – он должен быть здесь.
В течение получаса все, кроме Мастера Синанджу, ползали по полу в поисках передатчика. Чиун же лишь промычал что-то насчет ворот, которые нужно закрывать за коровой. Правда, вместо коровы он сказал “за лошадью”.
Наконец Римо с обескураженным видом поднялся на ноги.
– Что-то я ничего не вижу.
– Как и я, – согласился Смит.
– Похоже, здесь его действительно нет, – вздохнула Анна Чутесова. Вспомнив слова Римо о булавочном уколе, она, не вставая, провела кончиками пальцев по плинтусу, за что была вознаграждена именно таким ощущением в подушечке среднего пальца.
– Ой!
– Что такое? – Римо немедленно оказался рядом.
– Заноза, черт... – прошипела Анна, поднимаясь на ноги.
– Ну-ка дай я...
– Благодарю. Уж занозу я могу сама вынуть. – Анна повернулась к Смиту. – Доктор, где у вас ванная? Смит вручил ей большой никелированный ключ.
– От моей личной ванной, – объявил он торжественным тоном. – В холле, правая дверь.
– Благодарю вас. – Взяв ключ, Анна вышла из кабинета.
Оказавшись в ванной, она поднесла палец к яркой лампе над зеркалом. Да, заноза – крохотная, меньше булавочной головки. Вошла довольно глубоко, даже едва видно ее под кожей. Вне всякого сомнения, он. Тот самый передатчик.
Вытерев капельку крови, Анна, не вынимая передатчика, покинула ванную и присоединилась к остальным.
– Нашли? – осведомилась она.
– Куда там!
– И напрасно искали, – резюмировал Смит. – Здесь его давно нет, это ясно. Однако просканировать комнату не мешает. Если он все же здесь, его непременно найдут. Вообще, мне нужно было до этого раньше додуматься.
– Не казните себя, Смитти, – утешил Римо. – Кто же мог знать, что Гордонс цел до сих пор?
Но Смит, похоже, уже его не слушал. Он снова уселся за стол, глядя на монитор и щелкая клавишами компьютера.
– Придумали себе работу, Смитти?
– Угу. Ищу статистические данные о парах, пораженных бесплодием. В файлах министерства здравоохранения они наверняка должны быть.
– Думаете таким путем разделаться с Гордонсом?
– Отнюдь. Это лишь на тот случай, если вы с Чиуном не сумеете остановить его до того, как он простерилизует еще несколько сотен людей. Хотя, думаю, на вашу поддержку я все же могу рассчитывать.
Смит снова согнулся над клавиатурой. Неожиданно на память ему пришло обещание Анны вовлечь Римо в работу над тайной “Гагарина”. Надо же!
– Да уж, наверное, – пробурчал Римо. – Тем более что до возвращения в Корею у меня есть еще целых шесть месяцев.
– Это задание может занять куда больше времени.
– Да? И сколько?
– Недели, месяцы, годы, – пожал плечами Смит. – Мы же не знаем, какую форму Гордонс выберет следующей. Но, принимая во внимание опыт мойки для машин, – очевидно, что-то коммерческое, способное ежедневно пропускать тысячи людей. А может, и миллионы.
– Авиалайнер?
Смит покачал головой.
– Не тот масштаб. Что-нибудь посолиднее. Небоскреб, автострада, торговый центр. Тот, что в Нью-Йорке, например.
– Да, вот уж иголка в стоге сена, – Римо вздохнул. – Эдак нам с Чиуном придется подходить к каждому более-менее крупному зданию в континентальной части США, снимать шляпы и вежливо спрашивать: “Простите, вы случайно не мистер Гордонс?” Или: “Не здесь ли занимаются оптовой стерилизацией?”
– Когда мы обнаружим передатчик, то с его помощью без труда сможем вычислить Гордонса, – обнадежил Римо Смит. – Но пока, боюсь, это наша единственная зацепка.