- У вас найдется для меня сигарета?
- Разумеется.
Томпкинс немного порылся в ящичке, взял сигарету, передал ее Смиту и щелкнул зажигалкой.
- Портфель, - спросил он не из простого любопытства, а из желания сменить тему. - Что в нем? Вы уже видели?
Смит покачал головой.
- Сильсон пытался его открыть, но ему не удалось. Я открою его в отеле. У меня есть необходимый инструмент.
Томпкинс обернулся еще раз и посмотрел на портфель.
- Что в нем может быть? - пробормотал он.
Смит пожал плечами. - Все, что угодно, начиная от завтрака пилота до секретных государственных документов. Но я не думаю, что там что-то серьезное.
- Почему?
Смит засмеялся и затянулся сигаретой.
- Разве они оставили бы его лежать три дня в обломках самолета, если бы там было что-то важное?
Но они не знали, что портфель содержит бомбу замедленного действия, которая, возможно, опаснее, чем все атомные и водородные бомбы, вместе взятые.
А она начала тикать в тот момент, когда Сильсон в первый раз открыл портфель.
Глава 10
Совсем потеряв надежду, еле двигая ластами, Дамона висела посредине ловушки, что уменьшилась до пяти метров, до тех пор, пока движение стенок не прекратилось.
Но они не стояли неподвижно, а двигались, словно принуждая Дамону двигаться так в определенном направлении.
Она уже в который раз смотрела на манометр своего кислородного баллона. Воздуха хватит едва ли на двадцать минут. Но она сомневалась, что продержится так долго. Ей все тяжелее было держаться в этом маленьком пузыре и двигаться вместе с ним. Почти часовая подводная экспедиция и поспешное бегство из обломков истощили ее больше, чем она предполагала.
Она поняла это после того, как пыталась вызвать Майкла и Бена. Но либо серое облако поглощало все радиоимпульсы, либо с ее друзьями на берегу что-то случилось.
Эта мысль казалась справедливой, но в то же время глубоко пугала. Не было сомнений, что они попали в ловушку. Тот факт, что серая таинственная материя убила Сэгиттера, а ее оставила в живых, безусловно доказывал, что ее поведением управляли - или серая слизь была чем-то большим, а не просто пустой протоплазмой. Дамона не знала, чего ей больше бояться.
Постепенно стало светлее. Луч ее фонаря в последние минуты значительно потускнел. Батарейки садились. Но зато сейчас через серую стену над ее головой проник мутный свет, показывая, что она приближается к поверхности. Показалась маленькая яркая точка, которая быстро выросла до круга и потом, все более увеличиваясь, превратилась в свободную воду.
Это была поверхность!
Дамона двумя-тремя сильными рывками всплыла наверх, с облегченным вздохом вырвалась на поверхность и зажмурилась. Уже наступили сумерки, но после такой плохой видимости под водой даже этот слабый свет казался ослепительным.
Она осмотрелась. Ее отнесло далеко. Акватория порта была уже позади нее, а она находилась в реке.
Прямо перед ней было судно - белая моторная яхта с низкой надстройкой и греческой надписью на борту. Веревочная лестница спускалась с борта.
Дамона повернулась и посмотрела на причал. Портовые сооружения, казалось, были оставлены. Машина, в которой приехали Майкл и Бен, еще стояла там, но от них не осталось никаких следов.
Маленький круг чистой воды, в центре которого находилась Дамона, начал постепенно стягиваться. Она тщетно искала путь к отступлению или возможность вырваться.
Единственная возможность избежать прикосновения к этой дьявольской материи было судно, но Дамона поняла, что там ее ждет еще большая неожиданность. Однако она больше не могла оставаться в воде. Несмотря на отличный костюм из синтетического каучука, она уже начинала страдать от переохлаждения. Ее члены казались жесткими и онемевшими, и Дамона почти зримо ощущала, как силы покидают ее.
Она повернулась, легла на воду и поплыла к судну.
Когда она вскарабкалась по лестнице на борт, силы се настолько истощились, что ей пришлось отсидеться почти десять минут, пока ее колотившееся сердце не успокоилось до такой степени, чтобы она смогла расстегнуть ремень и стащить маску. Она сняла баллон и маску, вытащила мундштук и, шатаясь, поднялась. Ее рука нащупала ручку широкого водолазного ножа, из ее снаряжения. Хотя она и не думала, что он может ей понадобиться, но это давало ей хоть какое-то успокоение в том, что она не совсем беспомощна.
Палуба яхты была совершенно безлюдна.
В каюте мерцал белый неоновый свет, а доски под ее ногами дрожали в такт работы двигателя.
Она переложила нож из правой руки в левую, внимательно осмотрелась и быстрыми шагами пошла к носу. Судно было не очень велико и, казалось, на узкой палубе нельзя было сделать засаду достаточно большую, чтобы в нее поместился хоть один человек. Несмотря на это, Дамона тщательно обыскала судно, прежде чем вернуться к каюте. В течение последнего часа она пережила слишком много неприятных сюрпризов.
Она еще раз подошла к низкому поручню и посмотрела вниз на поверхность воды, прежде чем приблизиться к двери каюты.
Серое облако окружало судно со всех сторон, не давая возможности покинуть его. Возможно, ей никогда не удастся этого сделать.
Она пожала плечами, крепче сжала нож и протянула руку к двери.
Дверь не была заперта. За ней лежала удивительно большая, освещенная единственной неоновой лампой каюта. Обстановка казалась, подобранной скорее сточки зрения целесо-образности, чем вкуса, но несмотря на это выглядела, как и все на этой яхте - дорогой.
Дамона вошла в каюту, закрыла за собой дверь на замок и быстрыми шагами проскользнула ко второму проходу на противоположной стороне. Он был закрыт лишь тяжелым темным занавесом. Дамона отодвинула его в сторону, взглянула на лежавшее за ним помещение и вошла туда с бьющимся сердцем.
Это было нечто вроде спальной каюты.
На обеих стенах находились по три узких койки, висевших одна над другой. Заднюю стену занимал широкий, на всю ширину судна, шкаф. Каюта освещалась одной голубой неоновой лампой под потолком.
Несмотря на слабый свет, Дамона смогла отчетливо разглядеть две неподвижные фигуры на нижних койках.
- Майкл! - испуганно прошептала она, - Бен!
- Совершенно верно, моя дорогая, - сказал голос позади нее.
Дамона повернулась с быстротой змеи и подняла для удара нож.
- Не стоит, Дамона, - мягко сказал Теракис, - Вы уже давно должны были понять, как бессмысленно сопротивление.
Глава 11
Линия домов высилась перед ним, как плотная черная масса. Ее тень делила улицу вдоль, на светлую и темную часть, как прямая, проведенная с помощью линейки. Это была фантастическая картина - прямо перед ним тянулась через действительность огромная трещина, за которой не было ничего, кроме бездонной черной дыры.
Дэрек стонал. Его плечо невыносимо болело и весь мир казался ему каким-то жутким. Он вдруг стал видеть и слышать вещи иначе, чем привык, и ему было очень трудно ясно мыслить. Начиналась лихорадка. Рана перестала кровоточить, но вся его левая половина тела пылала в огне. Он никогда не думал раньше, что от раны может быть такая невыносимая боль. Дэрек пошатнулся, сделал пару шагов к домам и посредине улицы рухнул на колени.
На какой-то момент он чуть не потерял сознание. Картина перед его глазами исказилась и поплыла, словно он смотрел на нее сквозь водяную завесу. Приступ прошел так же быстро, как и начался, но после него Дэрек почувствовал себя еще беспомощнее и слабее, чем прежде. Он попытался подняться, снова упал на колени и, опираясь на руки, отчаянным напряжением сил, встал.
Ему нужно было добраться домой. Его мысли представляли собой хаос паники, боли и смятения, в котором значение имел только главный приказ - идти домой. Он, шатаясь, побрел дальше, но внезапно споткнулся о ребро тротуара и растянулся во весь рост.
Яростная боль пронзила его тело и заставила застонать. Несколько секунд он лежал без сознания, затем пришел в себя и каким-то чудом снова встал на ноги. Теперь уже было не так далеко. Родительский дом был третьим по счету. Рядом шла узкая дорожка - случайно возникшая брешь между двумя домами - во внутренний двор. Если он туда доберется - он спасен: родители не выдадут его полиции.