Ребенок рассудительно посоветовал:
— Мама, что толку кричать, веревку бросай.
Вскоре ящики один за другим начали возвращаться на место. Людмила с гримасой горя расправляла помятые листья и хныкала:
— Помидорчики, миленькие мои, простите, простите. Далька, что ты стоишь? — вдруг всполошилась она. — Дуй в столовую, посмотри, Карачка с Риткой еще тут или они уже разбежались.
Далила сломя голову влетела в столовую, улеглась на подоконник и, рискованно свесившись, установила: Карачка Риткою основательно обезврежен. Он, правда, рвался домой, но Ритка вцепилась клещом и тараторила неустанно — Карапет Ашотович вежливо ей кивал. Ритка предусмотрительно развернула соседа к подъезду спиной. По этой причине лица его Далила не видела, но она точно знала, что на лице запечатлена любезная скука.
— Ну что? — натужно, втаскивая на подоконник последний ящик, спросила Людмила.
Далила ее успокоила:
— Полный порядок.
— И у нас, — сообщила Людмила. — Успели, управились. Марина, детка, беги домой, — завопила она и с укоризной добавила: — Как же ты испачкалась, недотепа.
«Она еще ребенка ругает, — подивилась Далила. — Никакой благодарности».
А Людмила уже прилетела в столовую и, отпихнув от окна подругу, радостно завопила:
— Карачка! Ты домой?
Соседка Рита вытерла со лба пот. Вздохнув с облегчением, она разом остановила свою трескотню и, не закончив мысли, сказала:
— Ну, я пошла.
Карапет Ашотович проводил ее удивленным взглядом, запрокинул голову и радостно вопросил у жены:
— Люсенька, ты разве дома?
— Командировку мою неожиданно отменили, — с неясной гордостью сообщила Людмила.
Позже выяснилось, что Карачка, бросив работу, спешил поливать помидорчики. Сраженная этим открытием, Людмила посеменила за ним в зимний сад, а Далила осталась в столовой. Вскоре из зимнего сада раздались трагические вопли Карапета Ашотовича:
— Люсенька, что это? Что это с ними?
— Сама не пойму, что случилось с нашими помидорчиками, — растерянно вторила Люсенька. — Карачка, я так заботливо их поливала.
— Поливала? Да они же поломаны!
— Ну что ты, все в порядке, родной, — лепетала Людмила.
— В порядке? С ума ты сошла! На них нет места живого! Марина! Сюда! — как резаный завопил Карапет Ашотович.
По торопливому топоту Далила поняла, что девочка явилась на зов.
— Мариша, что это такое?! — хором вопросили у дочери мать и отец.
Отец — искренне, мать — лицемерно, пряча глаза.
Марина не растерялась.
— Это не я, это кот, — заявил умный ребенок.
Карапет Ашотович немедленно постановил:
— Кот приговорен к смертной казни!
Супруга жестоко с ним согласилась:
— Давно пора, Карачка, шерсть его и мне надоела.
И в сторонку добавила:
— Пуще всех помидоров.
Но глава семьи кота внезапно помиловал, потому что прозрел.
— Да при чем тут кот?! — грозно воскликнул Карачка, затопав ногами. — Что я, слепой? Ящики треснули!
Людмила поспешно заверила:
— Раз кот лазил здесь, значит, он ящики и спихнул.
— Что?! Кот спихнул ящики, которые больше его раза в три?
Марина, оценив фантастичность версии, поддержала отца:
— Мама, ты не права. Как кот спихнет эти ящики?
— Боком или задом, — оптимистично предположила Людмила.
Карапет Ашотович рявкнул:
— Чушь! Плохо воспитываешь наследницу!
— Я?!
— Да! Ты вечно ее выгораживаешь! — заявил Сасунян и выдвинул альтернативу: — Вот что, Марина, или ты сама сейчас сознаешься, или я тебя накажу!
«Ишь, куда их понесло! — всполошилась Далила. — Пора мне выходить».
Покинув столовую, она решительно устремилась восстанавливать справедливость, а заодно и ребенка спасать.
Увидев на пороге своего зимнего сада симпатичную незнакомку, Карапет Ашотович мгновенно забыл про любимые помидоры. Он приосанился и благодушно воскликнул:
— Люсенька, что же ты не сказала? Оказывается, у нас в доме гости, а я не проявил должного гостеприимства.
Люсенька одной рукой подперла бедро, второй же зло дернула себя за нос, яростно буркнув:
— Сейчас проявишь.
Далила поспешила доложить ловеласу:
— Я школьная подруга вашей жены.
Людмила, оценив ее сестринский маневр, благодарно кивнула, но сообщила:
— Его это не остановит. Даже наоборот.
Самсонова мысленно констатировала: «За психику Карачки можно не беспокоиться. У него завидные мужские рефлексы: активен и даже игрив».