— Вы — жена Тургенева, я его помню. После императора Александра я не видала никого красивее вашего мужа.
Подобная аттестация была особенно лестной, если учесть, что русский император считался красивейшим мужчиной Европы.
Приведенный случай, если вернуться назад, избавляет от необходимости описывать чувства засидевшейся в девицах помещицы при виде молодого красавца, словно упавшего к ней с небес.
…Когда все вопросы с приобретением лошадей оказались улажены, Варвара Петровна уговорила покупателя остаться на чай и пригласила приезжать к ней в гости. Это, разумеется, было ей обещано.
И тут, понимая, сколь невелики шансы увидеть красавца снова, Варвара Петровна открыто пошла в наступление, чего наш герой, очевидно, не ожидал. Она отобрала у него портупею, сказав, что вернет при следующей встрече.
Конечно, Тургенев знал, какое впечатление производит на прекрасный пол, но с такой откровенностью, с какой действовала хозяйка Спасского, ему встречаться не доводилось. Вернувшись домой, поручик со смехом рассказал отцу о происках спасской барыни.
Однако старик отнесся к услышанному очень серьезно.
Что теперь толку в их почти четырехсотлетнем дворянстве? Обеднели — вот в чем беда! И действительно, семейство Тургеневых в своем сельце жило в доме под соломенной крышей и имело немногим больше сотни крепостных. Детям — а их восемь! — ни в приданое, ни в наследство дать нечего. Когда Сергей пошел служить в Кавалергардский аристократический полк, еле-еле собрали на обмундирование.
В столице он серьезно изучал историю, философию и политэкономию, однако во многом был вынужден себе отказывать. Ни кутежей с товарищами, ни театров — все это ему было не по карману, но книги Сергей покупал. Он читал запоем, занимался самообразованием и весьма в этом преуспел. Товарищи его уважали. Служил Тургенев с С.Г.Волконским, М.Ф.Орловым, М.С.Луниным, чуть позже с П.И.Пестелем, А.З.Муравьевым. Эта будущая «вся декабристская рать», составлявшая цвет петербургской молодежи, была вхожа во все лучшие дома. Красавец кавалергард обзавелся весьма лестными знакомствами, и не только в высшем свете, но и в литературных кругах.
Во время Отечественной войны 1812 года Тургенев сражался в самых горячих местах — в Смоленске, на Бородинском поле, где «храбро врезался в неприятеля и поражал оного с неустрашимостью». Он был ранен картечью в руку, получил Георгиевский крест.
В ноябре 1815 года Сергей Николаевич проводил отпуск у своего отца в его сельце Тургеневе, что было в восемнадцати верстах от Спасского. Вот тогда и произошла его встреча с уже известной во всей Орловской губернии богачкой Лутовиновой.
Старый Тургенев стал упрашивать сына: «Женись, Бога ради, на Лутовиновой. Иначе мы с сумой пойдем».
Понятно, что Сергей Николаевич поначалу и слышать об этом не хотел, но отец не отступался. Однажды разыгралась такая сцена: умоляя спасти их от разорения, старик опустился перед сыном на колени. Это потрясло Тургенева-младшего, и он дал слово отцу выполнить его желание.
Развязка поездки Сергея Николаевича в Спасское кажется придуманной романистом, но все именно так и обстояло. Не прошло и полутора месяцев, как он обвенчался с женщиной, шестью годами его старше и к которой не питал ни малейшей склонности.
Для Варвары Петровны это событие сделалось едва ли не самым главным в ее жизни. Безусловно, красавец Тургенев остался навсегда единственной, первой и сильнейшей страстью этой женщины.
Умная, научившаяся в печальной юности отлично разбираться в людях, Варвара Петровна тем не менее шла под венец со своим избранником совершенно ослепленной, потерявшей способность сколь-нибудь трезво оценивать происходившее.
Тургенев никогда не лгал ей, не говорил сладких слов, не давал тех обещаний, которыми привычно очаровываются женщины. С его стороны эта женитьба была сделкой чистой воды. Могла ли Варвара Петровна не понимать, что, как писали, «муж любил не ее, а ее состояние», что она была для него хорошая, выгодная партия.
Не надо быть специалистом в области человеческих чувств — тут всякий может предсказать дальнейший ход событий. Тем не менее самозабвенно влюбленная женщина — это особая субстанция. Никакие доводы, никакие очевидности тут силы не имеют. За часом своего блаженства она не способна увидеть драму, которой суждено растянуться на годы. Она верит в чудо, однако никаких чудес не происходит.
Первые годы супружества, правда, щадили Варвару Петровну от печальных открытий. Во многом это объяснялось службой мужа в Екатеринославском кирасирском полку. Он лишь наезжал домой.