-Ты знаешь, она до последнего дня ждала, что ты вернёшься. Хотя это ожидание уже перешло у неё в привычку, но, богом клянусь, не было ни дня, чтоб Труди не вспоминала о тебе, мелкий ты засранец!
-Я знаю, - кивнул Тристан.
-Скажи честно, зачем? Зачем ты приехал? – повторила свой вопрос Селена, а затем добавила. – И не говори, что просто так. Не говори, что тобой завладела внезапная любовь к глубинке, где ты рос. Не ври, что спустя столько лет тебя потянуло в Риддлхилл.
-Что бы я ни сказал сейчас, ты не воспримешь как правду, - вздохнул Тристан. – Лучше просто промолчать.
-Да, - согласилась Селена. – Наверное, этот вопрос был риторическим. И насколько ты решил тут остаться? Погостить? Или будешь жить теперь тут?
Тристан задумался, держа паузу, но потом всё-таки ответил. Казалось, он ещё не принял решение, поэтому утвердительный ответ показался Селене немного неубедительным, хотя и исчерпывающим.
-Буду жить, - Тристан хранил спокойствие и смиренность.
-А если кто-то тебя узнает? Пойдут вопросы и слухи. Наш тихий город совсем не привык к всяческим странным историям и потрясениям, - предостерегла юношу Селена. – Я знаю тебя, хоть и не видела много лет. Там, где ты, происходит лишь хаос и бесчинства.
Риддлхилл поистине был создан для тихой и размеренной жизни, хотя его история и была омрачена несколькими тёмными событиями давно минувших дней. Опасения Селены не были беспочвенными.
-Да кто меня может узнать, кроме тебя, - ответил парень. – Спустя годы даже самые яркие события истории становятся жертвой забвения. Даже если тебе самой иногда так не кажется. Надеюсь, ты не испытываешь ко мне ненависти. Потому что я не желаю зла тебе.
-Последний раз, когда ты был в Риддлхилле, ты сломал жизнь моей подруге. Ты совершил предательство, с последствиями которого Труди жила до самого конца своих дней. Может ты не осознал этого до сих пор, но твоя выходка нанесла Труди такую глубокую рану, которую не залечило ни одно счастливое событие дальнейших лет.
-Ты не знаешь всей истории, Селена… - начал говорить Тристан, но женщина не дала ему продолжить.
-Я не в восторге от твоего возвращения, но и запретить оставаться в Риддлхилле тебе не могу. Но я тебя предупреждаю, Тристан: если ты учинишь что-то, всё что угодно, любую мелкую пакость, которая бы могла навлечь на наш город беду, уже молчу о чём-то серьёзном, я сделаю всё, чтобы люди узнали, кто ты такой и что ты сделал. Палки в колёса я ставить тебе не стану, но буду пристально наблюдать. Не смей рушить покой этого города. Надеюсь, я выразилась предельно чётко.
Селена поднялась со скамьи, отряхнув чёрное платье.
-И это всё, что ты хотела мне сказать? – спросил Тристан.
-Это всё, что я была вынуждена тебе сказать, - призналась Селена, придав на этот раз своему голосу холодное безразличие.
-Значит, ты мне угрожаешь? – предположил Тристан, провожая взглядом неспешно покидающую сквер женщину.
Но Селена больше не произнесла ни слова и даже не удостоила парня взглядом, направившись к церкви, где провожающие уже были готовы ехать на городское кладбище. Солнце уже село за горизонт, но ещё не стемнело. Тристан открыл телефон и прочитал смс. Нужно было идти. Но вовсе не на проводы покойной Эрментруды. Парень встал со скамьи и направился в сторону жилых улиц, наполненных стоящими в ряд одноэтажными домами.
Риддлхилл в принципе был одноэтажным городом. Здесь были и кафе, и магазины, и центры досуга, но всё не выше одного этажа. Здания были довольно старыми, но часто реставрировались, отчего в жилой части Риддлхилла сохранялась ухоженная старомодность. Сегодня была суббота, и центральные улицы были усыпаны людьми, отдыхающими в барах и уличными кафе, совершающими вечернюю прогулку у озера и просто спешащими с работы домой. Автомобилями здесь пользовался совсем небольшой круг людей, опять же потому что город был маленьким и всё необходимое находилось в пешей доступности.
Чуть ближе к окраинам города часто стали появляться заброшенные дома. Некоторые из них выглядели совсем ветхими и омрачёнными отпечатком времени, а некоторые, казалось, стали покинутыми совсем недавно и выдавали себя только за счёт заколоченных окон и дверей. Тристан шагал по широкой улице мимо тянущихся заборов, словно выискивая нужную ему калитку, но так и находя её. Паренёк всё шёл и шёл, вроде бы никуда не спеша и не боясь, что сумерки уже начали сгущаться, а людей на улице совсем не стало.
И вдруг Тристан, наконец, остановился. Сломанная калитка, давно не крашенный забор, облезлый и совсем несимпатичный. Жухлая трава, забросанная всяческим мусором, и запущенный двор. Большое ветвистое дерево, на котором совсем не было листьев (и это явно не было следствием приближающейся осени). И дом, в котором, судя по виду, не жил никто уже не один десяток лет. Но именно он чем-то приглянулся Тристану. Именно в эту калитку он зашёл неслучайно. Неспешно прошёл по выложенной камнями дорожке через двор. Поднялся по ступенькам и избавил дверные косяки от прибитой короткими гвоздями деревянной перекладины, освободив проход внутрь. Толчок рукой в дверь – и вот Тристан уже на пороге, готовый войти.