— Итак, — сказала Финт, потрясенная рассказом Полнейшей Терпимости, — наверное, поэтому Худ забрал Выходцев. Потому что битва близка.
— Дай еще хлебну этого, — сказала Полнейшая Терпимость, указывая на мех с вином.
Гланно Тряп толкнул Рекканто Илка: — Видал их? Говорят о нас. Ну, больше обо мне. Скоро оно случится, Илк, очень скоро.
Рекканто Илк покосился на собеседника. — Что? Они зарежут тебя во сне?
— Не глупи. Одна из них попросит взять ее замуж до конца жизни.
— И вот ТОГДА зарежет во сне. Хорошо, все мы разделим твою долю.
— Думаешь, я не видел, как ты щупал Полушу?
— Как ты мог? Ты же правил повозкой.
— Нет ничего такого, чего бы я не заметил, Илк. Вот отчего я такой хороший возчик.
— Эти объятия были лучшими в ее жизни.
— Подумай, прежде чем чо-то сотворить с моей будущей женой.
— Может, ты окрутишься с Финт. Значит, с Полушей я могу делать что захочу.
Гланно Тряп громко рыгнул. — Пора чем-то подкрепиться. Позавтракать. Когда они там кончат пререкания, куда нам ехать, и мы поедем.
— Хоть куда бы.
— Не имеет значения. Никогда и не имело.
Рекканто Илк ухмыльнулся: — Правильно. Цель значения не имеет…
И они добавили хором: — А путь имеет!
Финт и Полнейшая Терпимость оглянулись и скривили губы. — Хватит вам! — крикнула Финт. — Просто прекратите! Прекратите, или мы зарежем вас во сне!
Рекканто Илк толкнул Гланно Тряпа.
Маппо присел, покачался на широких ступнях, отыскивая равновесие. Он ждал, пока Мастер Квел кончит причитать, как ему больно. Трелль сочувствовал магу, ибо тот явно страдал — бледное лицо всё в поту, руки дрожат.
Труднее всего принять, когда кто-то соглашается на подобную работу, чреватую смертельным риском. Стоят ли того деньги? Он не понимал людей, согласных на такое.
Что в нашем мире имеет реальную ценность? Да и в любом мире? Дружба, дары сочувствия и любви. Честь. Готовность отдать жизнь ради ближнего. Ничего из этого не купить за деньги. Кажется, такая простая истина! Но он понимал: сама банальность истины питает презрительный цинизм и насмешку. Пока наносные чувства не смоет ужасающее, опустошающее вторжение в нашу жизнь личного горя, личной потери. Лишь в такой крайний миг маска насмешника исчезает, обнажив голую, неоспоримую истину.
Все подлинные истины банальны.
Но есть и другая истина. Он заплатил за поездку. Его монета принесла человеку боль. Неравный размен, и Маппо горюет по Мастеру Квелу, не отрицая своей вины. Ведь честь предполагает готовность, согласие взвешивать и измерять, находить правильный баланс, и держащая весы рука не должна дрожать.
Да, все они платят за нужды Маппо, все они оказались вовлеченными в странствие по садкам. Еще один груз на душе. Сможет ли он вынести…
Удивительный воин, что сидит рядом, пошевелился и заговорил: — Теперь я вижу, как Гильдия теряет множество дольщиков, Мастер Квел. Ради Бездны, бывают ли садки, по которым можно проехать спокойно?
Мастер Квел потер лицо. — Миры сопротивляются, Грантл. Мы подобны капле воды, падающей в котел с горячим маслом. Все, что я могу — не дать нам отлететь кверху. Маги способны проникать в избранные ими садки — и это непросто, это всегда игра ловкого убеждения. Или деликатного применения воли. Вам не захочется пробить дыру из одного Королевства в другое, потому что она скорее всего выйдет из-под контроля. Она может в одно мгновение пожрать мага. — Он поднял покрасневшие глаза. — Так не годится. — Показал слабой рукой на карету за их спинами. — Мы прибываем как оскорбление. Мы сами — оскорбление. Словно раскаленное копье, мы пронизываем миры, дико спешим по пути — и я должен убедиться, что все остающееся позади… э… успешно прижжено. Запаяно. Если у меня не получится, выброс силы помчится вслед, а ни один смертный не сможет долго ехать на гребне такой волны.
Чудная Наперстянка подала голос из-за спины Маппо: — Вы все должны быть Верховными Магами.
Мастер Квел кивнул, услышав ее мнение: — Признаюсь, что подобный способ перемещения начал меня тревожить. Думаю, мы раним все чертово мироздание. Заставляем вселенную… истекать кровью. О, всего лишь прокол здесь, прокол там — и неважно, что плоть реальности бьется в судорогах боли. Вот почему нет спокойных путей, Грантл. Обитатели любого из миров стремятся уничтожить нас.
— Вы сказали, что мы даже не добрались до врат Худа, — сказал полосатый мужчина. — И все же…