Заколка, украшавшая косичку, зацепилась за пуговку на его рукаве и соскочила с волос, когда девочку подняли на ноги воспитатели. А он быстро забрал её себе. Забрал чтобы помнить кому обязан своим успехом. Так учил его отец. И он обязательно отплатит этой девчонке за её помощь, оказанную во второй раз. Ведь это она просила его посвистеть ещё, тогда в тёмном ящике во время перевозки. Он узнал её голос, узнал ауру.
Вдруг незажжённая свеча, стоявшая на столике у окна, рядом с другими предметами для пробуждения связи со стихиями, вспыхнула. Яркий горячий огонь осветил всю комнату, заставив мальчишку поморщиться от резкой боли в глазах.
Боль быстро прошла, зрение восстановилось, и он увидел, как тёплый ласковый огонёк свечи тянется к нему, а вокруг него витает что-то странное, похожее на вероятно плотный сгусток энергии.
Со стоном ребёнок кое-как поднялся с постели, доковылял к столу, держась то за кровать, то за стену, с большим трудом сел на стул и протянул ладошки к огоньку. Ему хотелось спать. Провалиться в спасительный сон, но он заставлял себя смотреть на огонёк свечи, заставлял себя впускать в своё тело ту странную энергию, что клубилась над ним. Заставлял, потому что понимал – так надо. Иначе. Иначе все страдания будут напрасны и лучшей жизни он не увидит. Так и останется всего лишь данью. Всё это он узнал из разговоров старших, которые не считали нужным утаивать что-то от дани.
А из учебника по культивации он знал, что нужно приложить много усилий дабы познать стихии. И чем больше стихий он познает, тем лучше для него. Потому и терпел, потому и не отстранял руки от свечи, рядом с которой стояло две чашки: одна с водой, другая с песком. За свечой располагалась вазочка в которой находилась детская бумажная вертушка.
Вдруг, его словно током ударило, и мальчишка заметил, что всё ещё не выпускает заколку из рук. Всё ещё держит её между пальцев и греет в свете свечи.
Ника значит, вспомнил он имя девчонки и невольно улыбнулся, почувствовав, как нагревшийся металл, вновь стукнул его скопившимся статическим электричеством. И в этот же момент на другом конце города, разряд статического электричества в очередной раз ударил Нику. Выскочил прямо из оставшейся заколки в косе, причиняя неудобства и мешая уснуть.
Девочка решила снять украшение, мешавшее спать, но её опять ударило током, и незажжённая свеча загорелась ласковым огоньком. Она давно открыла все девять меридианов, потому воспитатели в комнате поставили на всякий случай ритуальные предметы для связи со стихиями. Оставляли каждую ночь, на всякий случай, вдруг начнётся пробуждение связи.
Девочка так удивилась произошедшему, что позабыла о заколке, опять разразившейся статическим электричеством, о наставлениях воспитательниц. Она смотрела на огонёк и не понимала, как он появился. Ведь у неё не было спичек. И эфирных кристаллов которыми освещали помещения вместо свечей, тоже не было.
После того как Ника без разрешения высказалась на чаепитии, её наказали. Даже госпоже Шуше досталось за ту пощёчину, что она ей отвесила. Господа из благородного семейства сильно накричали на неё. Спросили, как она посмела на удачу руку поднять.
Потом сама госпожа влиятельнейшей семьи, приколола ей на платьице странный значок, поздравила с приобретением титула "удачи" и её бросили сюда. Заперли в маленькой комнате без окон, с одним лишь неудобным деревянным стулом и маленьким столиком, на котором стояла новенькая не зажженная свечка и остальные ритуальные предметы.
Ника уже знала, что это наказание темнотой, голодом и одиночеством. Дабы она раз и навсегда запомнила, что правила, установленные владыками мира - нарушать нельзя. Сказано молчать - молчи. А раз рот открыла - сиди до утра голодной в темноте.
Но что-то явно пошло не так, раз огонёк сам вот так взял и появился. Но Ника не знала, что. Потому решила – началось пробуждение стихийных связей. Просто протянула к свечке ладошки и почувствовала, как тепло маленького огонька, начало передаваться ей. Тепло прогоняло прочь тревоги, успокаивало, и девочка сама не заметила, как уснула за столом.
- Что случилось Вита? – тихо прошипела рабыне из расы орков Шуша, но юная орчиха лишь приложила палец к губам, прося о тишине и показала на открытую дверь в комнату наказаний.
Нагайна с недовольным видом заглянула в распахнутую дверь и тут же изменилась в лице. Там, за столиком, неподвижно полусидела выскочка, а вокруг неё кружились, чётко просматриваемые кольца стихий. Не одно и не два, а сразу все девять. Первое из искрящихся искр, второе из капель воды, третье потрескивало крохотными электрическими вспышками, четвёртое из маленьких песчинок и пятое из едва различимых воздушных потоков, а остальные четыре в виде едва уловимых разноцветных энергетических колечек.