– Не беспокойся, мы справимся! – сказала Эбби, захлопнув водительскую дверцу. – Они могут пойти пешком, если ты хочешь сказать, что нам не обязательно сидеть в машине вместе с тобой! – процедила она сквозь зубы, обращаясь к Меган.
– Пока! – Меган через окно помахала рукой изумленному шоферу, дрожащему от холода.
– Ну, по крайней мере сегодня утром он сделал хоть что-то полезное! – сказала Эбби, улыбнувшись Питеру в зеркало заднего вида.
– Что такое? – встрепенулся Питер.
– Он купил для нас ящик виски!
– Ящик? Целый ящик? – изумился Питер. – Боже ты мой, чем я заслужил такую незаслуженную милость судьбы?
– Ты рассказал нам, где искать папу!
– А вы нашли его? Вы нашли папу?
– Пока нет, – ответила Эбби, – но мы собираемся отправиться на автостоянку, где вы расстались, чтобы ты смог снова разыграть эту сцену, воспользовавшись своими несравненным способностями запоминания и подражания.
– Ну, все было именно так, как я и сказал…
– Просто покажи нам, когда мы туда приедем, – перебила Эбби.
Вскоре они свернули с дороги к пустынной автостоянке на опушке леса.
– Мне кажется, у меня начинается паническая атака, – сообщил Питер доктору Бобу. – Можно мне еще таблетку валиума?
– Не думаю, что это уместно, – ответил доктор Боб, – к таким препаратам быстро привыкаешь.
– Ладно, признаю: я уже привык! Теперь я могу получить одну таблетку? Если неуместно дать человеку таблетку валиума во время панической атаки, то когда же уместно?
– Вон они! – сообщил доктор Боб. – В том маленьком павильончике около информационного центра.
– Кто они? – спросил Питер.
Эбби подъехала поближе к павильончику.
– Вот что уместно! – сказала она. – Информационный центр! Потому что мы хотим получить от тебя четкую информацию, Питер!
– Но я же сообщил вам все, что мне известно!
– Вылезай из машины!
– Я не могу вылезти из машины. То есть посмотрите, какая ужасная погода: вырванные с корнем деревья горизонтально летают в воздухе – будет удивительно, если какой-нибудь экстремальный погодный канал не ведет прямой репортаж об этой буре…
– Вылезай, мать твою, из машины! – заорала Эбби. – Речь идет о жизни моего отца, и его жизнь может зависеть от крошечной детали, о которой ты забыл нам рассказать! А теперь вон отсюда!
Питер кое-как выбрался из машины, и его чуть не сбил с ног мощный порыв ветра.
– Аккуратнее, Питер! – сказал Кевин, положив руку ему на плечо и помогая зайти в павильончик. – Принеси виски! – обратился он к Хесусу.
– А, все ясно, – просиял Питер. – Будем веселиться! И зачем рассиживаться в унылом комфортабельном отеле, попивая коктейльчики в лаунж-баре с видом на озеро, когда можно расположиться на общественной автостоянке и на морозце приласкать любимую бутылку скотча, ни с кем ею не делясь? Ты, парень, мне по душе!
– Сядь, Питер, – попросил Кевин, – освободись от бремени забот. Я бы тоже отдохнул, ведь я с трех утра на ногах, занимаюсь поисками отца моей работодательницы. Два часа назад я стоял по пояс в снегу, ни хрена не видел, и знаешь, о чем я тогда подумал? Я подумал: если Питер дал нам ложную информацию, я его распну на хрен!
– Но я не дал вам никакой ложной информации! – воскликнул Питер. – Клянусь!
– Подержи-ка его за руки, Хес, – приказал Кевин.
Хесус заломил обе руки Питера за спину, перегнул через спинку скамейки и крепко сжал. Кевин открутил крышки с двух бутылок и начал лить виски из обеих Питеру на голову. Струи виски промочили его волосы, побежали по лицу, залились за воротник рубашки и на лацканы пиджака. Опустошив обе бутылки, Кевин отставил их в сторону и достал две полных.
– Как ты называешь это, сынок? – спросил Питер тоном полковника армии США, подняв лицо вверх и раскрыв рот, чтобы туда попало хоть немного из второй порции. – Пытка виски? Ее следует легализовать в рамках Женевской конвенции! – Не получив никакого ответа, Питер быстро сменил маску и заговорил голосом недовольного посетителя бара: – Уж не знаю, долго ли вы обучались на бармена, молодой человек, но позвольте напомнить вам ключевой принцип: вам потребуется стакан или любой иной сосуд для жидкости, шейкер, кокосовая скорлупа или, в вашем случае, два банановых листа, сшитых вместе хирургической нитью, которая используется для наложения шва на рану после того, как вы высосете из плеча пулю…
Кевин продолжал равнодушно выливать виски, бутылку за бутылкой, на Питера, в то время как Эбби, Меган и доктор Боб наблюдали за происходящим, расположившись вокруг павильончика.
Питер опять преобразился, на сей раз став шепелявым испанским стилистом: