Вскорости Бурандай призвал Василька с его войском для похода на город Данилы Холм. Несмотря на то что Данилы не было в городе, жители не захотели сдаваться. Холм был хорошо укреплен, на стенах находились машины для метания камней и копий, а сами горожане были настроены сражаться. Бурундай не планировал долгой осады, поэтому решил использовать в переговорах Василька. Он сказал ему: «Это город твоего брата, ступай к горожанам, уговори их сдаться». Вместе с Васильком Бурундай отправил троих татар и толмача, чтобы точно знать, что именно Василько скажет подданным своего брата. Василько же с самым простодушным видом взял в руку горсть камешков и подошел к городской стене. Задрав голову, он громко закричал: «Эй ты, холоп Константин, и ты, другой холоп Лука Иванкович, это город брата моего и мой, сдавайтесь!» и бросил на землю камень, подавая таким образом знак, что не стоит слушаться его. Трижды он повторил эти обидные слова, каждый раз бросая на землю камень. Боярин Константин, стоя на стене с горожанами, дерзко ответил ему так: «Ступай прочь, а то мы тебя хватим камнем в лоб! Ты уже теперь не брат своему брату, а враг его».
После неудачных переговоров татары отступили – долгая осада была не в их характере. Таким образом, благодаря хитрости Василько смог подать знак подданным своего брата и в то же время в очередной раз продемонстрировать Бурундаю свою благонадежность. Довольный Васильком, Бурундай велел ему вести своих людей вместе с татарскими полками вброд через Вислу на польские земли. Василько участвовал в осаде и разорении Сендомира, когда татары сожгли деревянные постройки города и вырезали большинство его жителей, не разбирая пола и возраста. Подобная жестокость была актом устрашения – татары просто не желали тратить времени и сил на осаду городов. После Сендомира они взяли небольшой город Лысец и решили возвращаться в свой стан в приднепровские степи.
Не оправившаяся после татарского набега Польша и лишенные укреплений русские города были очень привлекательны для литовцев. В 1262 воины Миндовга пришли на польские земли и разорили несколько селений. В битве с поляками возле города Ездова литовцам удалось убить князя Семовита, а сына его Конрада взять в плен. Опасаясь, что поляки получат помощь, литовцы быстро вернулись в свои земли, захватив большую добычу и множество пленников.
К Васильку у Миндовга был большой счет – начиная с позорного поражения под Луцком и заканчивая его активным участием в литовском походе Бурундая. Он собрал войско и послал его к Кременцу. Там его встретили отряды под командованием воевод Василька, которые своим решительным натиском принудили литовцев бежать. Сам Василько не участвовал в битве, занимаясь формированием дополнительных полков. Вместе с ними он бросился вдогонку и нагнал литовцев в городе Небля. И вновь Василько проявил себя как великолепный тактик, вынудив литовцев сражаться у озера. Литовский строй не выдержал натиска русских полков и, не имея возможности отходить, распался. Летопись утверждает, что все литовцы погибли, никто не спасся. Это похоже на правду, ведь оружие русских превосходило снаряжение литовцев, и тактические приемы сражения в поле были слабым местом литовских формирований, привычных к молниеносным нападениям на пересеченной местности.
Победив литовцев практически без потерь, Василько устроил большое празднество с союзными князьями, а к Даниле послал вестника с сообщением о победе. Вдохновленный сообщением о разгроме литовцев, Данило решил заключить против них союз с польским князем Болеславом.