- Давай. – Ответил Илмаз. – Кладём здесь. У него жар. Юдхам, нужно что-то делать. Он горит.
- Я это знаю. – Юдхам набрал в пригоршни воду и поспешил к господину.
- Арокс. – Окликнул Илмаз. – Куда подевался Тархайн?
- Да что с ним будет? Здесь он. – Арокс указал открытой ладонью на куст. – Уселся, забился под ветки, глазеет в одну точку. Зачем мы его взяли? Слабоват как для воина. Может? – Арокс откинул полу мантии, положил руку на притороченный чуть выше колена джагардинийский клинок.
- Даже не думай. – Вытирая куском срезанной мантии кровь на боку Укхума предупредил Илмаз. – Господин этого не сделал, не будем делать и мы.
- Молчи. – Юдхам напрягся, глядит в ночь, слушает. От кустов, с противоположной стороны ручья донёсся шорох, у самой травы дрогнула ветка.
Остромордый зверёк, не страшась чужаков вышел к источнику. Глянул на непрошенных гостей, возмущённо фыркнул и принялся неторопливо лакать воду. Утолив жажду, он ещё раз посмотрел на остроухих. Задрал мордочку, обнюхал воздух и ушёл, волоча за собой длинный хвост.
- Раны открылись. – Смывая мокрой тряпицей кровь с живота джаг сообщил Илмаз. – Ждать, больше нельзя.
Вода окрасилась в алый цвет, унесла чёрные сгустки крови. Юдхам склонился над господином, бормоча ему в лицо едва слышные слова. От мокасин остроухого поднялся зелёный туман и быстро расползся по округе. Хмарь, очень похожа на что-то живое. Она дышет, вздрагивает, шипит, вздувается пузырями. Окутала кусты, накрыла траву, воду.
Навалившись, зелёное облако придавило красноволосого джаг, прижало к носилкам и стало прозрачным. Тело Укхума потеряло вес поднялось, зависло в воздухе. Повсюду мигают разноцветные огоньки, они вспыхивают, едва коснувшись зелёных чешуек кожи. Края порезов переливаются всеми цветами радуги, раны заполняются вязкой, прозрачной кашицей. Юдхам присел у изголовья джаг, закрыл глаза, скрестил руки на груди. Беспрерывно бормочет понятные только ему одному слова. Укхум выгнулся дугой. Резкая боль пронзила спину, прокатилась колючей волной по всему телу. Укхум громко взвыл и обмяк. Реальность отступила. Ей на смену пришли тишина, холод и непроглядная тьма другого мира.
***
- Здравствуй, - безмолвную пустоту разорвал властный голос.
- Я умер? – Осторожно спросил Укхум. Непреодолимая стена черноты задрожала и пошла трещинами. В разломы протиснулся тусклый свет.
- И да, и нет. – Ответило громкоголосое эхо. Воздух качнулся, чернота рухнула, разбилась на тысячи остроугольных кусков. Отовсюду наползает зелёная взвесь. Подул тёплый ветер.
- Ты кто? – Укхум поднялся на локтях, осмотрелся. Лёгкий ветерок согревает тело, толкает к босым ногам невесомые волны тумана. Тащит лёгкую мглу. – Я тебя не вижу.
- Не каждому дано видеть то, чего нет. – Дружным хором ответили со всех сторон десятки, сотни непохожих друг на друга голосов. Мгла качнулась точно её толкнули изнутри. Зелёная взвесь накрыла джаг с головой и развеялась лёгкой дымкой.
Где-то далеко хлопнуло и всё поползло, растянулось. Полез туман перемешался с серой дымкой. Из беспорядочных оттенков и красок, роняя вязкие, тягучие капли, выплыл большой, огненный шар. Капли стекают и превращаются в кляксы, шипят, остывают пятнами свежей крови. Шар вырос до гигантских размеров и лопнул. Укхум закрыл руками лицо, желая защититься от воющей, пожирающей всё на своём пути волны огня. Но ничего не произошло, пламя его не тронуло, обошло стороной. Укхум осторожно открыл глаза, посмотрел в щели растопыренных пальцев.
Впереди, толстые стволы деревьев. Коричневая кора в продольных и горизонтальных трещинах. Ветер шелестит листвой. Повсюду сочная трава, высокие кусты. Пахнет тёплой сыростью леса.
- Где я? – Трогая пальцами влажную от росы траву чуть слышно спросил Укхум.
- Это уже не важно. – Голосом старика ответил лес.
- Покажись! – Потребовал Укхум и поднялся. – Назови своё имя!
- У меня много имён. – Слова громыхнули раскатами грома, переполошились птицы. – Зиждитель, отец, творец. Десятки, сотни других имён. - Под беспорядочный щебет, трескотню и уханье, с деревьев посыпались, закружились, сорванные и подхваченные ветром листья. Кусты дрогнули, затряслись. - Много! Много! – Подхватило эхо, поднялось к верхушкам деревьев и разбрелось во все стороны.
- Чего ты добиваешься? Я воин! Мне неведом страх!