Глава 43
Солнце поднялось выше крыш, поползли тени. Лёгкий ветерок играет листвой, разносит пепел сгоревших хат.
В избе старосты Болотянки Тырдала зажжены все масляные лампы, накурено и шумно. За длинным, накрытым не хитрой снедью столом собрались хозяева и гости. По одну сторону сидят инородцы, по другую тарфы. Косматобородый предводитель чавошей Ахалай, воевода Болтянки Шаврий и ещё четверо тырдальцев разместились на лавке. Беловолосый джаг Укхум, остроухий ката Юдхам и Сашка уселись на пол. Стол низкий, да и лавки подходящей для них не нашлось. Гостей посадили поверх шкур. Тырдал восседает на табурете во главе стола, пыхтит трубкой.
- Вот шо я вам скажу. – Не поднимаясь заговорил воевода. – Намяли мы бока супостату. Одной гурьбой навалились. Всем миром пошли. – Шаврий скосил взгляд на остроухого Юдхама, поглядел на беловолосого Укхума. Джаг попивает из глиняной кружки бодрящий квас, остроухий жуёт клубень бурбули. Бок обок с джаг курит изрядно захмелевший Сашка. Небритое лицо в ссадинах и царапинах. Одежду зашили, заштопали тарфийские женщины. – Страшил мы побили. Теперечи, можно и гульнуть. - Воевода потянулся к ополовиненной бутыли.
- Погодь. – Тырдал пыхнул облаком табачного дыма. – Брумбель не водица, лишка хлебнёшь, ноги ослабнут.
- Дык я энто, - воевода пожал плечами. – Самую малость.
- Сниматься надобно. – Тырдал вышел из-за стола. Бородатые загомонили. Староста топнул каблуком сапога по доскам пола и тарфы затихли. – Будя галдеть. Не время гулянки устраивать. Кузаклий не возвернулся. Пора бы давно с подмогой прийтить, а его всё нет. С чего бы энто? – Староста бегло осмотрел сородичей, глянул на гостей. – Скажи чужеземец. – Тырдал глядит с прищуром на остроухого Юдхама. – А всех ли страшил мы порубили?
- Нет. Не всех. – Юдхам вытер руки о цветастую тряпицу, что-то прорычал Укхуму. Тот кивнул. – В вашем поселении была малая часть орды. Кто-то мог и сбежать. Очень скоро они вернутся. Засиживаться нельзя. Нужно уходить.
- А кудой нам идтить? – Часто хлопая глазами спросил воевода. Взгляд переполз на Тырдала. – Здеся наш дом. Бить страшил мы приловчились. Совладаем, поди не впервой.
- Ты энто Пиртию, - Тырдал отвесил воеводе звонкий подзатыльник. - Да ешо двум десяткам убиенных расскажи. Супротив стрелялок твоя секира шо соломина супротив обуха. Ишь, совладает он.
- Дуркл боятся глубокой воды. – Сообщил Юдхам. – За реку вам нужно.
- Энто как? – Вытирая руки о своё тряпьё заговорил предводитель чавошей. – Чаво они боятся? Воды говоришь? Да энти гадины, в нашем болоте шо у себя дома. Топи десятой дорогой обходют, точно чуют их. В омуты да прорвы не суются. Брешешь, как есть брешешь.
- Цыц! – Прикрикнул Тырдал.
- Твоя правда. – Согласился Юдхам. – Чутьё у дуркл на топи и омуты. Там, откуда они родом много болот. А вот полноводных рек и морей нет. Плавать не умеют.
- А чаво ешо у них нет?
- Солнца. Слепнут от яркого света. Арлигон, сумрачная планета.
- Чаво? – Ахалай захлопал глазами.
- Будя чавокать. Жуй колбасу. – Тырдал толкнул косматобородого в спину.
- Мужуки! – В избу влетел Люрик. На голове шапка, новый куртастик, синяя рубаха, серые штаны шаровары. Ноги замотаны в обмотки. – Тама…тама…
- Тебе чего балахманный? – Глядя из-под бровей строго спросил Тырдал. – Чего стряслось-то?
- Дык… энто. – Люрик снял шапку, топчется на месте. – Мой друзяка. Одноглазого привёл. Тама они. – Люрик указал большим пальцем себе за спину.
- Зуболом объявился? – Прорычал воевода. – Вот я ему.
- Кому, ему? – Люрик завертел головой. – Ты чего? Мордастый, вонючка. – Выпалил Люрик.
- Ты энто кого вонючкой? – Шаврий погладил мясистой ладонью гладко выбритую голову и поднялся.
- Да не ты вонючка. Айда на двор. Сам всё увидишь.
Тук-Лук уселся возле сарая. Рядом с ним, опираясь горбом в брёвно, опустив зубастую морду сидит дуркл. Горбуны переговариваются, тихо порыкивают, лают.
- Вона. – Люрик указал пальцем. – Видали. Теперечи, у нас два мордастых. Видать, родича отыскал. Вона как славно рычат.
Юдхам поспешил к дурклакам. Тарфы, джаг и Сашка остались у избы.