- Проводим разведку.
- И что? – Семенюк пыхнул в небо облаком табачного дыма. – Как успехи?
- Всё чисто. – Доложил сержант. – Ничего подозрительного не обнаружено.
- Сержант Катаев, приведите себя в порядок.
- Слушаюсь господин старшина! – Выпалил сержант, застёгивая верхнюю пуговицу.
- Глотку не рви. – Семенюк пригрозил пальцем. – Запомни сам и передай остальным. На задании. – Старшина осмотрелся. Высокие кусты, трава в пояс. Щебечут птички, припекает солнце. – Не козыряй. Демаскируешь.
- Демаскирую? – Переспросил сержант и призадумался.
- Ты что глухой?! Понабирают разных, - старшина махнул рукой и взбежал по трапу. Остановился возле входа, выбросил окурок и строго приказал. – Сержант. Выставь посты охранения. Вон того. – Палец указал на Сашку. – Этого, оставь здесь. Пусть охраняет мат-часть.
- Разрешите выполнять?! – Сержант задрал к небу подбородок и отдал честь.
- Ну вот. Ещё один остолоп. Просил же, не козыряй. – Семенюк махнул рукой и пропал в чреве десантного бота.
После яркого солнца, в сумраке кормы старшина временно ослеп. Пробираясь на ощупь, Семенюк с трудом удержался на ногах, споткнулся о ящик в проходе.
- Вот остолопы. Бросили под ногами.
- Сафролыч?! – Окликнули из кабины пилота. – Это ты?
- Так точно господин полковник!
- Чего орёшь?
- Виноват. Голос у меня такой. Громкий.
- Иди сюда. Громкий ты наш. Дайка мне свой планшет. – Попросил Гайдуков. Он успеть снять лётный комбинезон. Чёрная форма, полковничьи галуны, ремень, кобура с пистолетом. – Ничего понять не могу. Куда подевались первичные настройки? Твоих рук дело?
- Моих. – Признался Сафролыч и уселся в кресло второго пилота. Фонарь кабины надёжно закрыт бронеколпаком. Из всего освещения, дежурная подсветка резервной панели управления. Да и та над головой. Старшина вынул из нагрудного кармана кусок пластика с оплавленными краями.
- Ну, и… - Гайдуков протянул руку. – Давай. Чего ждёшь?
- Так… это. – Старшина замялся. – Не работает. Сгорел.
- Как сгорел?
- Я только подключил. А он возьми и пыхни синим пламенем. Сработала защита номер-кода. Нужно было вручную, а я… - Старшина заёрзал в кресле. – Хотел ускорить процесс.
- Да, уж. Ускорил. – Выдохнул полковник и указал открытой ладонью на приборную доску. – Давай, показывай.
- Что именно?
- Как включить резервное питание? Проложу тебе обратный курс. Сам-то ты не отыщешь крейсер.
- Сам? – От такой новости у старшины отвисла челюсть. – Зачем? А как же вы?
- Плохо слышишь? – Работая с тумблерами и кнопками спросил командир. Панель над головой зажглась красным, мигнули и погасли две зелёные лампочки. Ожила приборная доска перед креслом второго пилота. – Начинай. – Приказал Гайлуков. – Возвращай первичные настройки. Дальше я сам.
- Алексей Александрович. – Взмолился Сафролыч. – Вы же всего не знаете. Я не могу. Нельзя мне.
- Отставить! – Прикрикнул Гайдуков. – Полетишь как миленький. Вернёшь машину и расскажешь всё как было. Разве что… - полковник тяжело вздохнул и хлопнул старшину по плечу. - О месте высадки, соврёшь. Что именно, позже проинструктирую. Полной реабилитации я тебе не обещаю. Но и наказание будет не особо суровым. Отсидишь на гауптвахте пару дней, может неделю. Это как повезёт.
- Не выйдет. – Выдохнул старшина и без разрешения командира отключил приборы.
- Старшина, ты что вытворяешь? – Гайдуков насупился. Ему сильно не понравился ответ, а ещё больше действия подчинённого. Семенюк всегда был хорошим служакой. Если он и пытался перечить, то не от вредности характера, а по особой нужде. Возможно и сейчас Семенюк был прав, случилось что-то из ряда вон выходящее. – Говори. – Поторопил полковник. - И не вздумай юлить. Коротко, сжато и только, по существу.
- Да как можно? – Старшина часто захлопал глазами. – Да я…
- Ближе к делу. Времени у нас всего ничего. - Гайдуков поглядел на наручные часы. Стрелки показывают четверть десятого вечера по корабельному времени. – Уже хватились, ищут. Так что Сафролыч, излагай вкратце.
- Так точно. Вкратце. – Согласился старшина и заёрзал в кресле.
- Издеваешься? – Полковник вцепился в Семенюка злым, недовольным взглядом. – Рассказывай.