- Ты в этом уверен? – Сергей высвободил из ножен клинок. – А не проще перерезать верёвку? Пусть себе плавает.
- Оно-то конечно да. – Кузуклий кивнул, поглаживает бороду, смотрит на воду. Совсем обессилил джаг, едва держится. Кайдара подставила спину, помогает. Старик пожевал губу и поведал. - Котейка за него вступилась. Не даст пропасть.
- Ну что? – Сергей посмотрел на Гайдукова. – Вытаскиваем?
- А что мы теряем? – Полковник расстегнул кобуру, достал пистолет. – Пристрелить всегда успеем. А вот поговорить, узнать, что оно такое и откуда взялось? Такой возможности у нас ещё не было.
***
Холодный ветер дует в корму. Волны разбиваются о брёвна. Над рекой забрезжил рассвет. Берег всё ещё прячется в черноте, скрывает густо поросшие кустами и травой покатые склоны. Горная гряда осталась далеко позади.
Джаг принесли к вязанкам тростника, положили лицом вниз. Синеволосый тихо рычит, на большее нет сил. От лопатки до самой поясницы резанные раны.
- Эка его угораздило. – Кузуклий подсветил головешкой. – Неужто наша девка полоснула? – Старик глянул на кошку. Улеглась она чуть в стороне, смотрит внимательно, слушает навострив уши. – Да не-е-е. Быть того не может. Да и когтей у ней поболее будет. А тутай, всего-то три.
- Шить надобно. – Тартагон поскрёб затылок. – Кровью стечёт, покуда мы в гляделки играть будем.
- Чего ждёшь? – Поторопил Гайдуков. – Начинай. Говори, что нужно? Вода, тряпки?
- Вот ешо. – Тартагон попятился. – Не стану я энтого делать. Не обучен.
- Как не обучен? – Алексей Александрович присел, заглянул коротышке в глаза. – Серёгу штопал?
- Так-то Серёга. А энтот, - Тартагон глянул на зелёную кожу джаг. – Шо оно такое? Шкура точно у рыбы. Лузгу я шить не обучен.
- Кипятите воду. – Сергей присел на колоду, режет сайтаком мантию на лоскуты. – Я зашью. Игла нужна и крепкая нить.
- Энто добро, бабы завсегда с собою носют. – Кузуклий шаркая ногами пошёл к шалашу.
- Чего замер? – Гайдуков толкнул Анджея. Солдат смотрит на раны джаг разинув рот. За всё время не проронил ни слова. – Оглох? Бегом по воду.
Глава 53
Небо только-только посерело, а первые шесть плотов ушли от берега. На каждом по три телеги загруженны доверху, по паре ушастиков и по два, три клыкаря. Детишки и бабы сидят на узлах между возов и телег, глядят в сторону берега, машут руками. Рыжебородые тарфы побросали шесты, взялись за вёсла. Плоты медленно уползают в реку, навстречу пенным барашкам волн.
- Скотину сюдой гоните. – Командует Тырдал, бодро шагает вдоль брёвен. Позади него, семенят косматобородый предводитель чавошей и четверо тырдальцев. – На тот перевоз. – Староста остановился, указал пальцем. Плот, вдвое больше тех что ушли в реку, лежит на воде. Разбиваются о брёвна волны, а он даже не качнётся. – Тудой, мумок всех разом. Огорожа справная?
- Справней не бывает. – Заверил рыжебородый. – И подпорки и жерди. Гребули по обе стороны, всё как надобно. Мы его, в четыре наката смастырили.
- Сена с горой покладите. – Тырдал поглядел на перевоз с прищуром, пожевал губу. – Шибко тяжёлый. Долго идтить будет.
- Энто да. – Согласился тарф. – Так и брёвен в нём не мало. Две, глядишь и все три избы поставим.
- Ешо один смостырьте. – Тырдал похлопал ладонью по не ошкуренному бревну, придирчиво осмотрел место спила. С десяток брёвен лежат на песке, ждут своей очереди. – Лес тутай справный. А давайте, ешо два перевоза. Два, в самый раз будет.
- Кудой стока? – Ахалай глянул на горы брёвен. – Вода студёная. Мои всю ночь плоты ставили. Передых надобен.
- За реку переберёмся, тама все разом и передохнём. – Тырдал приобнял Ахалая. – Тебе первому избу поставим. Большую, в три комнаты и верандой.
- Пошто оно мне? – Ахалай отстранился. – Чаво я в избе буду делать?
- А шо хош то и делай. Тарф ты справный хотя и чавош. Сватай любую из наших девок. Хош молодуху бери, а нет так вдовую.
- Чаво? – Ахалай выпучил глаза.
- Ешо один готов! – Прокричали от воды. – Тащи сходни!
- Слыхал? – Старейшина хекнул в кулак, пригладил бороду. – Ешо один сколотили. - Горят костры, к небу поднимается дым, вся округа завалена брёвнами. В лесу не умолкает стук топоров, да и на берегу шумно. Рубят, строгают, пилят, стучат. - Ежели готов, грузите. – Тырдал потерял интерес к несговорчивому Ахалаю. Побрёл к реке. Тарфы последовали за ним. И только предводитель чавошей остался на прежнем месте.