***
Тревожные вести принёс дозорный. Рыжебородый коротышка прибежал из леса. Следом за ним повалил народ с топорами и пилами. Основная часть плотов уже на реке. Плывут к горизонту. Остались ещё два недостроенных и один готовый к отплытию.
Чавоши и тырдальцы наскоро сколачивают брёвна, спешат закончить оставшиеся два. С два десятка тарфов, четыре воза с сеном, тюками и пожитками всё ещё на берегу. Над лесом кружат напуганные птицы и они всё ближе и ближе к распаханному брёвнами с горами веток и сосновой коры песчаному пляжу.
Телеги со спящими на них людьми, подкатили к самой воде и по настилу из брёвен, вручную затолкали на плот. В этом нелёгком деле, хорошо помогают дурклаки. Лохматые инородцы берутся за любую работу. Рубят лес, таскают брёвна, пилят, носят. Тарфы тащат с берега инструменты, узлы, тюки, торбы, бросают меджу телег.
- Ну что? – Сашка протянул было Ганге руку, но ладони друга перемотаны бинтами. Пришлось ограничиться крепкими объятиями и хлопком по плечу. – Давай дружище. Встретимся на том берегу. Ты там приглядывай. - Сашка скосил взгляд на телеги. Сафролыч, Игорь и пилот по-прежнему спят. Анджая повернулась спиной, ковыряется в сумке с красным крестом.
- А может, и ты с нами? – Спросил Ганга, загодя зная ответ.
- Моя, друг для Ганга. – Прорычал Тук-Лук и стукнул себя кулаком в грудь.
- Да знаю я, знаю. – Ганга приобнял Тук-Лука. – Чертяка лохматый. Ты зачем бинты снял? Руку береги.
- Моя не чертяка. – Рыкнул Тук-Лук. – Моя дуркл.
- Я сейчас расплачусь. – Сашка стащил с телеги ранец, забросил на плечо автомат. – Вы ещё поцелуйтесь. Слышь, дуркл. Хватай пулемёт и пошли на берег. Эй! – Сашка позвал Ак-Чиндара. – Тебе особое приглашение? Коробку бери. Я не нанимался патроны таскать. Своих полна торба.
- Саша. – Позвала Анджая и подошла с сумкой в руках. – Вот здесь, бинты и всё необходимое. – Девушка заглянула Сашке в глаза и смахнув со щеки слезинку, тихонько попросила. – Не умирай. Пожалуйста.
- Да что со мной будет? – Сашка улыбнулся. – Продержаться-то нужно всего ничего. Плоты сколотят, и мы сразу за вами. Да и не успеют нас потрепать. Где мы, а где они?
- Дуркл помогать. – Прорычал Тук-Лук и взвалил на горб пулемёт. Ак-Чиндар поднял большую железную коробку с заряженными лентами.
- Ну вот. – Сашка хлопнул Тук-Лука по плечу. – Не один я. Справимся. Вы за Сафролычем приглядите. Проснётся…
- Будя сырость разводить! – Тырдал запыхался, взбежал по мостку. – Ахалай! – Выкрикнул старейшина. – Ходи сюдой. Пущай сходни убирают.
- Ну всё. – Сашка закинул на спину ранец. Подмигнул Ганге.
- Саша. – Анджая сорвалась с места, прижалась к Сашке. – Вернись, обязательно вернись.
- Санька! – С берега позвал Люрик. – Брёвна поклали, ямы отрыли. Шо дальше?
- Ахалай! – Тырдал подбежал на край плота. – Ты чего тама делаешь? Ходи сюдой. Будя песок топтать.
- Без меня плывите. – Предводитель чавошей поскрёб шею, глянул в сторону леса. – Воевода так и не возвернулся.
- И шо? – Тырдал присел на краю, глядит на Ахалая.
- А ни чаво. – Отмахнулся тот. – Уговор у нас был.
- Помню. Всё помню. – Тырдал покрутил ус, разгладил бороду. – Припозднился воевода. Так шо теперь? Всем пропадать?
- Стало быть, не отыскал наших баб и ребятню. Сгинули.
- Да и моих поди не мало полегло. И шо?
- А ни шо. – Ахалай в сердцах, пнул босой ногой горку песка. – Ежели их нет, то и нам жизнь не в радость. Клич рыжих, пущай на плот лезут. Телеги опосля заберёте. А мы тутай, на бережке. Сашка! Сказывай, шо делать?
- Вона ты как? – Тырдал пожевал губу, поднялся в полный рост. – Мужуки! Давай сюдой. Пущай остаются ежели имеют такое желание. Дуля! Ты чего глазьями лупаешь. Ходи сюдой.
- А ты мне не указ. – Люрик упёр руки в бока, выпятил грудь. – За чумазого и девку, макитрой ответишь. Ежели бесчинство учинишь. – Люрик пригрозил кулаком.