- Звезда как звезда. – Вытирая грязным, мокрым рукавом нос, пояснил тарф. – Ещё вчерась должна была свалиться. Так нет, удержалась. А сегодня грохнулась. Да так бабахнула, шо мы наземь повалились. Славно бухнуло, громко.
- Всё ясно, - полковник хлопнул коротышку по плечу. – Сгорела ваша звезда. Разорвало её в клочья.
- Ага, - Люрик вышел вперёд. – Так я тебе и поверил. Слыхал друзяка, как твои человеки врать умеют? А ты говорил - с ними дружбу водить надобно. Брешет и глазом не моргнёт. Стибрил звезду, а теперь выкручивается. У-у-у гад. – Люрик пригрозил кулаком.
- Ну ты, чучело, - рявкнул Сашка. – Язык прикуси. Щелбаном по лбу тресну, в землю зароешься. – Боец двинулся на тарфа, но того и след простыл. Спрятался за горой ранцев. С его-то ростом и проворством это сделать совсем несложно.
- Грозный у тебя приятель. – Полковник широко улыбнулся. – Да и кулак у него не маленький. Напугал моих бойцов.
- Пришибленный он. По малолетству с печи упал. – Поведал Тартагон, разгладил чёрную бороду и осторожно спросил. – А ты к нам погулять? Аль как прежде, на подмогу.
- Пока не знаю. – Офицер протянул руку. – Прощай, дружище. Беги, догоняй приятеля. Не безопасно здесь. Вам бы домой вернуться.
- С чего вдруг? – Коротышка поскрёб шею и посмотрел в чёрное небо. Где-то далеко гремит гром. Ветер на холме раскачивает кусты, в овраге тихо и спокойно. - Ты чего человече? Без надобности нам возвертаться. Чего мы тама не видали?
- Вольному воля. Сам решай. Но лучше бы вам убраться подобру-поздорову. – Полковник протянул руку. - Лёхой меня кличут.
- А я помню. – Лукаво улыбаясь, ответил тарф и пожал крепкую ладонь. – Тока тогда, ты чуток иным был.
- Все мы тогда были другими. И моложе и крепче.
- Да, уж. – Тартагон кивнул. – Бегут годочки. Летят.
- Летят. – Гайдуков соглашаясь кивнул.
- Так и ты не сидишь на месте. Лопни моё пузо. – Поглаживая бороду хитро поглядывая на Гайдукова заметил Тартагон. - Сам мокнешь и ратников в сухости не держишь. По какой нужде в грозу выперся?
- Долго рассказывать.
- А кудой спешить-то? Айда к нам в шалаш. С этакой оравой мы и вам быстрёхонько справный курень смастырим. Для такого случая, у меня и брумбелёк отыщется. Выпьем, вспомним, как лиходеям-пиратам бока мяли. Гадкое было времечко, но славное. – Тартагон громко вздохнул. – Ну шо? Айда шалаш мастырить?
- А давай в другой раз?
- Да когда он будет-то, другой раз? Пошли Лёха, брумбельку хряпнем, языки почешем. Пущай и твои ратники пообсохнут. Колотит их, зубьями точно красноголов по дереву стучат. Вон и хворый… - Тартагон указал на Сергея пальцем. – Харей совсем поник. Ему бы в тепле отлежаться. Брумбельку кружку другую в брюхо влить.
- Некогда нам. Дел невпроворот.
- Понимаю. Дела, заботы ратные. – Тартагон кивнул. – Ну, ежели торопитесь. Тогда ступайте. Ты тока поведай, кудой путь держишь? Могёт и нам с друзякой аккурат в ту сторону?
- Извини Тартагон. – Полковник хлопнул тарфа по плечу. – Не по пути нам.
- Уразумел. – Коротышка поскрёб затылок. – Ступайте ежели нужда гонит.
- Вот зараза! – Проревел Сашка. – Этот гад, ранец порезал! Поймаю, убью!
- Вы только посмотрите, что недомерок натворил? И когда только успел? – Игорь поднял с земли коробку патронов.
- Изрядно поковырялся. – Возмущается Ганга, собирает разбросанные вещи.
- И в моём дыра. – Сообщил Анджей.
- Чёртов недомерок. – Распыляется старшина. – Не углядели. Упёр коробку с мыльно-пенными. Петруха! Я тебе скотч давал. Доставай.
- Пришибу гада! – Пригрозил Сашка. – Поймаю, руки оторву!
Воришка, краем уха услыхал разгневанные голоса и припустил ещё быстрей. Улепётывает со всех ног, прижимает к груди украденную коробку. Из карманов торчат автоматный магазин, тюбик зубной пасты. За пазухой рулон туалетной бумаги, две пары носков и полотенце. Он впервые воровал у людей, от того и не знал, что стащил и как им пользоваться?
Без малейших сомнений и угрызения совести, Люрик проткнул крепкую ткань ранца карманным ножом. Из дыры выкатились какие-то железки (консервы). Тарфы, хранят в мешках и торбах исключительно корнеплоды, зерно и всё то, что произрастает в садах и огородах. Для коротышки стало большим разочарованием, когда из дыры посыпались вещи. – «Чего энто они в мешки насовали?» - Припоминая недавние события, улепётывая в ночь размышляет тарф. – «Да и не мешки это. Нет завязок. Ремешки да замки. Прибегу в шалаш разгляжу, чего я стащил?»