- Отставить! - Рявкнул Сафролыч. Сигарета улетела в ночь, Семенюк поднялся.
- Типун тебе на язык. Бестолочь. Перекур окончен. Поднимайте свои задницы и шагом марш.
- А как же история? – Напомнил Ганга.
- В другой раз. Сержант замыкающий. Рты на замок и вперёд.
Как и было приказано пошли молча. Час с небольшим месят грязь. Взбираются на холмы, опускаются в затопленные дождевой водой овраги и снова ползут наверх. Старшина всё чаше и чаше останавливается, разворачивает карту, стучит пальцем по компасу, достаёт и прячет планшет. Бойцы клюют носами, без ропота и возмущений бредут вслед за командиром.
- Устал? – Полюбопытствовал старшина, обращаясь к Сашке. Но тот не ответил. Побрёл, даже не оглянулся. – Язык проглотил? – Поравнявшись с бойцом, строго, но без зла спросил Семенюк. – Чего молчишь?
- Вам что не скажи. Всё одно остолоп.
- Ты чего? – Старшина широко, открыто улыбнулся. – Обиделся? Ну… извини.
- А я что? Я ничего. – Сашка поправил лямки ранца, вытер беретом лицо. – На обиженных, воду возят.
- Господин старшина! – С конца колоны окликнул сержант. – Не туда идём.
- Как это не туда? – Семенюк остановился полез в карман, достал и тут же спрятал карту.
- Кругами ходим. – Сообщил Сашка. – Были мы уже здесь.
- Да ладно? – Не поверил Семенюк и осмотрелся. Холмы, овраги, высокий куст. – С чего ты взял?
- Ничего я не брал, вижу. Вон куст, растопыренный. – Сашка указал пальцем. – За ним пригорок.
- И что? Пригорок как пригорок. Они везде одинаковые.
- Ну да. – Сашка громко вздохнул. – Может и одинаковые. А кусты разные. Ветки, точно пальцы на руке, торчат в разные стороны. Один он такой.
- Не морочь мне голову. – Возразил старшина и передразнил. – Точно пальцы.
- Делать мне большего нечего как вам голову морочить. – Сашка вытер рукавом лицо. – Там куст. За ним холм. Между кустом и холмом вымоина.
- Ага, – подтвердил Игорь. – Глубокая. На дне, огромный куст и бревно валяется. Мы с другой стороны вышли. Ближе к оврагу. Прав Сашка, кругами ходим. Заблудились.
- Отставить разговоры! – Прикрикнул старшина. – Привал! А ты Сашка, если такой глазастый. Ступай и проверь. Много здесь и кустов, и вымоин. А вот, бревно… - Семенюк покрутил ус. – Шагом марш. Чего уставился? Топай к бревну.
- Да иду я, иду. – Сашка сбросил ранец, закинул на плечо автомат и побрёл в темноту. Пройдя с десяток шагов, подсвечивая дорогу светом фонаря, Сашка поскользнулся и на пятой точке съехал по вымоине. – Да что бы тебя. – Автомат приложил по затылку, штаны и руки в грязи. Фонарь остался на верху. – Какого чёрта? – Выругался Сашка вытирая травой измазанные руки. – Завёл невесть куда, а мне проверяй. Ну вот. – Сашка поднялся на ноги, пошарил ногой. – Всё верно. Бревно. Кусты.
- Сам ты бревно. – Сообщили из темноты. – Колода энто.
- Кто здесь?! – Рявкнул Сашка и вскинул автомат. – Покажись. Стрелять буду.
- Шо ты будешь делать? – Спросили из кутов.
- Ст-ст-стреля-а-ть. – С трудом вымолвил Сашка. Руки дрожат, палец неустанно давит на курок, но автомат молчит (на предохраниеле).
- Где вас Пустошь носит? – Освещая дорогу слабым лучиком света, из-за кустов показался Люрик. В одной руке маслянная лампа, в другой бутыль с мутной жидкостью. – Приморился вас ждать. Два раза наверх выбирался. И руками махал и горланил. Всё впустую. Вы энто чего круги мотаете? Ищите что? Аль так, без дела шастаете?
- Ты кто? – Прошептал Сашка.
- Глазья протри. Люрик я. - Подсветив лицо лампой представился бородач. Но лучше бы он этого не делал.
Косматая борода, шапка набекрень. Глаза горят, отражают свет лампы. Сашка запустил в тарфа автоматом, заорал не своим голосом, и на четвереньках полез вверх по склону.
Душераздирающие крики переполошили отряд. Семенюк рванул за куст, не удержался на ногах, взмахнул руками и грохнулся. Покатился кубарем и столкнулся с Сашкой. Вдвоём они и скатились к бревну на дне оврага.
- Ты шо, придурковатый. – Оторвавшись от бутыли спросил Люрик. Коротышка восседает на бревне-колоде, лампа стоит рядом. – Напужал до смерти. Шоб тебе в пустоши места не отыскалось. Полоумный. – Люрик трижды поплевал в сторону людей и припал к бутыли.