- Не могу знать. – Юрий Андреевич завертел головой. – Разрешите, провести допрос с пристрастием. Я больше чем уверен, механик с нижней палубы. Мичман знает больше чем говорит. Изворотливый сволочь. На любой вопрос у него загодя готов ответ. Чутьё подсказывает, именно он старший в группе. Очень удобно списать всё на пропавшего капитана. Непрост мичман, ой не прост. Дозвольте тряхнуть.
- Тряси майор. Только не переусердствуй. – Разрешил Ширганов и посмотрел на наручные часы. – На всё про всё, у тебя три часа.
- Управлюсь. – Заверил Чинцов. – Разрешите выполнять?
- Выполняй Юрий Андреевич. Не знаю поможет нам это или нет, но… - Ширганов направился к своему рабочему месту. – Жду доклад. – Через плечо бросил командующий, но Чинцов его не услышал. Майор плотно затворил за собой дверь и с несвойственным ему проворством покину приёмную.
Глава 13
Тартагон бросил поверх огня большую охапку свежесобранной травы. Громко хекнул в кулак, пригладил усы и уселся подальше. Насекомые точно взбесились, слетелись со всей округи. Разгулявшийся ветер, притащил облака закрыл звёзды, а вот разогнать мошку не смог. Нет у него сил и желания опускаться ниже.
- Что же это такое? – Злится Гайдуков размахивая веткой у себя над головой. – Откуда столько?
- Погодь чуток. Щас отступятся. – Пообещал Тартагон пыхтя трубкой. – Шуравка хоть и пахтит не дюжа, но своё дело знает. Лопни моё пузо.
- Не дюжа? – Гайдуков закашлялся и поспешил отползти прочь от костра. Во все стороны повалил едкий дым. В носу першит, в горле дерёт.
- Ходи сюдой. – Позвал тарф. – Щас, дымок растянет. Погодеть чуток надобно.
- Не годеть, бежать нужно. – Кашляя и хрипя полковник подполз к Тартагону. – Ты ещё и куришь?
- Курю. – Коротышка пыхнул облаком дыма, поскрёб шею. – А шо?
- Ничего. – Гайдуков припал к фляге, пополоскал горло и выплюнул.
- Глянь-ка Лёха. Были кусаки и нет их. – Чернобородый широко улыбнулся. – А возьмусь ка я за стряпню. Мясо конечно не сбежит, а вот свежесть потеряет. Не доведи Пустошь ешо зверь какой сопрёт.
- Делай что хочешь. Только в костёр, ничего не бросай.
- А ежели кусаки возвернутся? – Тарф кивнул головой в сторону кустов. – Дрыхнут твои ратники и ногами не сучат. А давеча и сучили, и чесались. Угомонились, сопят шо детёнки малые. Трава прогорела, и ужо совсем не пахтит.
- Ну да. – Гайдуков потянул носом воздух. От зловония не осталось и следа. Дым ещё стелется, но уже не имеет резкого запаха.
- Ты Лёха ложись. А я… - Коротышка поднялся. – Опалю кракуля. Не гоже добру пропадать.
- Не спится мне что-то. – Пожаловался Гайдуков. – Тревожно.
- Ну, ежели не спится. – Тарф ухватил червя-пиявку за хвост и затащил на угли. – Наливай. Тяпнем по кружке.
- А давай. – Согласился полковник. – Вся ночь впереди. Можно и выпить.
- Ага. Ночь, ежели не спать долго тянется. Ты Лёха энто. - Тартагон перевернул добычу, кривясь от зловония выгорающей шерсти. – Давеча об войне упоминал. По што воюете? За какой надобностью?
- А без надобности. – Ответил Гайдуков разливая по кружкам брумбель. – Воюем и всё тут.
- Энто как? – Тарф выволок кракуля, потащил от костра. Бросил и вернулся. – Не бывает такого. – Тартагон уселся, взял налитую чуть меньше половины кружку. - Вот мы к примеру. Воевать не воюем. А по зубам врезать, завсегда пожалуйста. Зуботычим, потому как надобность в том имеем.
- И какая в том надобность? – Спросил Гайдуков, неотрывно следя как тарф пьёт. Неторопливо, маленькими глотками, смакует каждую каплю.
- Как какая? – Занюхивая рукавом выдохнул Тартагон. – Силой меряемся. Мы им по мордякам, они нам.
- Кто они?
- Рыжие, кто же ешо. Родичи наши.
- Повезло тебе с роднёй. – Выдохнул полковник и на одном дыхании выпил брумбель. Запил водой из фляги.
- Какая есть, вся наша. – Брякнул Тартагон, выгребая ложкой из банки кашу. – Рыжие ешо ничего. Как-то ладим. А вот белобородые, энти совсем никудышные родичи. Сараи да амбары под ключ запирают. На ночь, клыкарей с цепи спускают. Да и драться с ними тока себе вредить. Зуботычить не хотят, палками деруться. Мы с Люриком, до них не суёмся. А вот к рыжим, захаживаем.