– Сколько вас стреляло в него? – рассматривая убитого грифа, спросил Шурдия.
– Четверо, властитель, – покорно склонив голову, ответил десятник.
– Все угодили, – довольно произнёс командующий и знаком показал, чтобы птицу положили на землю.
Оставшись вдвоём с Гурисом, присев, Шурдия внимательно вгляделся в неё и спросил:
– Что скажешь о ней?
Повернув грифа за торчащие стрелы несколько раз, приподняв за крыло, определяя его вес, проведя пальцами по мощному приоткрытому клюву, Гурис, недолго помолчав, ответил:
– Птица старая, но упитанная. Клюв чистый, нет крови на нём, значит, пищей была не падаль.
– Сиргс! – поднимаясь, окликнул Шурдия.
– Слушаю, властитель, – мгновенно подбежал тот.
– Вон за той скалой разрежь её. Посмотри, чем кормилась.
Сотник, подняв птицу, стараясь не запачкаться её кровью, удалился.
– Думаешь, где-то рядом есть люди? – отряхивая ладони, настороженно спросил Гурис.
– Всё может быть. Скоро узнаем, – задумчиво ответил тот.
Ждать пришлось недолго.
– Вот, – подбежал Сиргс и, присев, развернул обрывок окровавленной ткани.
Военачальники тут же склонились, зажав пальцами носы, и стали рассматривать дурно пахнущее месиво.
– Я так и знал, – выпрямляясь и глядя прямо в глаза Гуриса, произнёс Шурдия.
Вновь свернув ткань и забрав свёрток, сотник побежал обратно.
– Ты был прав, Гурис, не ела эта птица падали. Её последней пищей была человеческая еда.
– Они где-то недалеко. Грифы не перелётные птицы. У них мало врагов, да и те на земле. С насиженных мест обычно не улетают, – соглашаясь с догадками Шурдии, произнёс тот.
От направленных вперёд воинов вернулись трое. Встретивший их сотник Сиргс, выслушав старшего из них, приблизился к командующим.
– Что там? – спокойно спросил Шурдия.
– Властитель, дозор обнаружил людей. Полагают, что не простые они, так как вооружены. Скорее всего, вражеский дозор. Захватить не пытались. Те пешие, среди гор прятались. Не достать. Больше ничего, – Сиргс замолчал.
– Наши дозоры обнаружены? – Гурис был явно встревожен.
– Похоже, да. Там негде укрыться. Таких одиноких скал нет, – сделав шаг назад, ответил сотник.
– Ждут. Атаковать не будут, – размышлял вслух Шурдия.
– Как далеко они? – вновь спросил Гурис.
– В дневном переходе.
– Вот у кого питалась эта птица. Эх, пораньше б она появилась здесь, – Шурдия с досадой ударил плёткой себя по ноге. – Хотя, наверняка, они давно следят за нами.
– Вышли ещё один отряд, – повелел сотнику Гурис. – В бой не вступать. Наблюдать. Обо всём докладывать незамедлительно.
Обдав пылью, вскоре пронёсся десяток всадников.
– Здесь могут быть войска только из самой Напаты, – начал рассуждать Шурдия. – Больше им неоткуда взяться. О нашем продвижении им известно с самого начала. Тогда почему они не встали на нашем пути раньше?
– Не желают войны, – уверенно ответил Гурис.
– Поэтому и ждут, а ведь в противном случае могли давно уже напасть. Скорее всего, они преобладают числом. Уверены, что мы не пройдём через их заслон, – Шурдия задумался.
– Почему именно здесь?
– Вот и я думаю о том же.
– Что-то находится там, за ними, – предположил Гурис.
– Не бывал я там. Так далеко не доводилось ходить. Может, ты и прав. Не пропустят они нас. Это верно. Здесь тот предел, до которого они ещё терпели нас, но больше не отступят, – Шурдия поднял руку.
Сотник Сиргс, не сводящий с них глаз, увидев поданный ему сигнал, подлетел на быстром скакуне и спешился в готовности исполнить приказ.
– Вот что, Сиргс. Ты опытный военачальник, и мы давно знаем тебя, – начал командующий. – Поэтому тебе будет дано особое поручение. Даже два. Первое. У проводников нубийцев немедленно узнай обо всём, что есть в этой местности, особенно там, впереди. Второе. Возьмёшь последнюю сотню и всех вооружённых мастеровых. Отойдёшь на полудневный переход на запад и будешь продвигаться одновременно с нами. Сообщаться через гонцов. Для быстроты распредели их сам. Приступай.
– Ударим по ним и с правого фланга. Заодно будем знать, нет ли там их войск, – проводив взглядом сотника, пояснил свои действия старший.
– Верно, – согласился Гурис.
Уже через некоторое время Сиргс привёл к ним одного из проводников.
– Скажи, Форкис, – голос десятника прозвучал довольно громко, – тебе доводилось сражаться?
– Бывало, – ускорив коня и приблизившись к нему, сдержанно ответил тот.