Даск обуревали противоречивые чувства, разрывающие её на части. Ведь она знала, что он сейчас чувствует. Она знала, что значит жить в тени Империи. Но мужчина, сидящий перед ней, помог ей выйти из тени. Если он был способен на такое ради неё, то может быть (весьма может быть), она сможет сделать подобное ради него.
– Я не могу больше вернуться, – сказала она и подошла ближе. – Уже поздно. Но и ты тоже не обязан. Помнишь наш разговор о выборе и последствиях? Ты можешь изменить свою жизнь здесь и сейчас. Я знаю, что Альянс Сопротивления: Лея и другие – простят тебя и примут обратно. Именно умение прощать отличает повстанцев от Империи.
Она приблизилась ещё больше и увидела, что он кусает губу.
– Я тоже не забыла, как ты сказал мне уходить без тебя у водопада, или как ты закрывал меня от выстрелов на базе. Можешь говорить, что хочешь, – сказала она, встав прямо перед ним, – но это был истинный ты. Я знаю, что здесь: – она коснулась рукой его груди, – ты хороший человек. Всё будет хорошо, поверь мне.
Ещё никогда он не казался столь беззащитным, как сейчас. Он притянул её к себе и страстно обнял. Она провела рукой у него по затылку и повторила:
– Всё будет хорошо.
– Прости, – прошептал он ей на ухо. – Прости.
Она немного высвободилась, чтобы видеть его лицо. Когда её серые глаза заглянули в его, она услышала что-то странное и ощутила движение. Даск в удивлении высвободилась и почувствовала, как руки Финна ослабли. Он отвернулся от неё. Даск опустила взгляд на его правую руку – в ней был зажат окровавленный нож, который Финн скрывал в рукаве. И как она только забыла?..
Ошеломлённо она бросилась к Финну.
– Финн, что ты наделал?
В этот момент её ноги подкосились. Она свалилась на колени и уставилась на тёмно-красное пятно на своей сорочке. Она коснулась его рукой, и рука вся покрылась кровью. В удивлении Даск посмотрела на Финна и осела на бок.
– Почему? – её голос был тих и слаб.
– Прости, – только и смог ответить он. – Я же говорил, что рано или поздно приходится отдавать Империи тех, кого любишь. Это неизбежно.
Он подошёл к ней. Даск подумала, что он собирается её прикончить, хотя и так считала себя мёртвой.
– Я не могу быть с тобой, – признался он. – Я слишком боюсь Империю.
Его слова странно отдавались в ушах, очень похоже на то, как было при их первой встрече. Как будто завершился полный круг в танце. Только в этот раз она уже ничего не боялась.
Финн сглотнул и посмотрел на неё. Он протянул руку – с ножом или без ножа? Прежде чем он коснулся её, челнок сильно тряхнуло.
– Нас взяли на абордаж, – услышала Даск его слова.
Она могла только лежать и смотреть, как он поднялся и побежал на корму. Она слышала, как открылся люк. Корабль вновь содрогнулся.
Веки налились свинцом. Даск попыталась встать, и в глубине души удивилась, что не может даже поднять руку. Она лежала, как убитая.
Челнок опять тряхнуло, и Даск приоткрыла веки. Хотя в глазах всё плыло, она видела, что в кабину вошло несколько человек. Ни на одном не было имперской формы. Один из них, светловолосый мужчина, показался Даск знакомым, хотя трудно было сосредоточиться и вспомнить, где она его видела.
Мужчина присел рядом с ней, а двое его товарищей ушли на корму. Он взволнованно посмотрел на неё небесно-синими глазами.
– А ведь мы знакомы? – слабым голосом спросила Даск.
– Меня зовут Люк Скайуокер. Мы виделись на Кореллии, – сказал тот молодым и мягким голосом. Он вынул какое-то устройство, которым попытался залечить рану в груди Даск.
– Спасательная капсула оторвалась, – доложили ему.
Из последних сил Даск взяла Люка за руку и попыталась встать.
– Его нужно остановить, – прошептала она, – пока он не добрался до базы. Финн:
Она обмякла в руках Люка, не успев произнести <предатель>.
– Проклятье! – воскликнул он. – Этот антикоагулянт не успевает свёртывать ей кровь.
Он приказал одному из повстанцев принести что-то с корабля.
– Неважно, – пробормотала Даск. – Его нужно остановить. Неважно:
Голос ослаб, а веки закрылись сами собой.
– Ты важнее, – услышала она шёпот молодого человека с глазами старика. Неужели это будет последнее, что она услышит в своей жизни? Наверное, неплохая получается эпитафия.
– Ты важнее, – повторил голос.
Глава 15
Густой туман покрывал <Прибежище> Императора подобно савану. Одетый во всё чёрное, Финн стоял, как одинокий часовой, и слушал крики пеко-пеко. И почему они напоминали ему женский плач? Хотя шёл моросящий дождь, он не искал убежища, как будто не стремился защититься от сил природы. Или он вообще больше ничего не чувствовал?
– Офицер Дарктрин, – позвал низкий голос.
Финн развернулся и прошёл с каменного балкона в вестибюль, устланный яркими коврами. Тёмно-красный ковёр с золотистой оторочкой должен был казаться роскошным, но сейчас он напоминал Финну кровавое пятно. И куда бы он ни повернулся, пришлось бы пройти через это пятно. В центре зала стоял Дарт Вейдер, Тёмный Повелитель ситхов. Чёрные доспехи сияли, как отполированное чёрное дерево. Казалось, что они не отражают свет, а поглощают его. Помимо дождя слышалось лишь механическое дыхание.
За время своей службы Империи Финн лишь несколько раз находился рядом с Вейдером, из которых три раза он наблюдал смерть тех, кто подвёл Тёмного Повелителя. Так как Финну поручили найти и доставить джедайский голохрон, он догадывался, что сейчас произойдёт. Странно, но он не чувствовал страха, а просто окаменел, будто, ударив ножом в сердце Даск, он попал в своё.
– Да, Лорд Вейдер? – уважительно ответил он.
– Ваша передача с повстанческого челнока была неполной, – начал Вейдер без особых предисловий.
– Знаю, повелитель. Я провалил задание Императора, – Финн опустил голову.
– Верно, – подтвердил Вейдер.
– Я приму любое наказание, – сказал Финн, подняв голову и уставившись в черепообразную дыхательную маску, навечно скрывшую истинное лицо Повелителя ситхов.
Финн стоял и ждал, но Вейдер не произносил ни слова. Слышались лишь тяжелые вдохи и выдохи Вейдера. Финн невольно заметил, что дышит в такт его дыханию. Он не отводил взгляда от немигающих глаз Вейдера.
– Хотя передача и была неполной, – неожиданно продолжил Вейдер, зашагав по залу, – несколько имён до нас всё же дошло, – он остановился и подождал, пока Финн его догонит. – Поэтому, в широком смысле, нельзя сказать, что задание полностью провалено.
– Что вы собираетесь делать? – спросил Финн.
– Мы направим нескольких агентов для устранения повстанческой угрозы, – ответил Вейдер. – Пока вас не было, в наши ряды пришло пополнение. Некоторые даже подают большие надежды, в то время как другие… – он не закончил.
– Другие, повелитель? – поинтересовался Финн, не испытывая никакого любопытства, а больше для вида. -…в то время как другие погибают на заданиях, поэтому мы не понесём особых потерь, – бесстрастно закончил Тёмный Повелитель. – Но если я оставляю вам жизнь, это совсем не значит, что вы не будете наказаны за провал.
– Понимаю, повелитель.
– Я всё не могу понять: почему вы не передали голохрон моим агентам на дантуинской базе?
– Повелитель, я не знал, что эта женщина заминировала базу. Меня застали врасплох, как и тех агентов.
– Ах, да, – выдохнул Вейдер. – Та девчонка, которую вы зарезали на челноке.
– Да, – Финн чуть не запнулся. – Она оказалась не такой, как я ожидал.
– И всё же вы устранили в её лице источник возможной угрозы для Империи. Это первая причина, благодаря которой я не отправляю вас в отставку. А вторая, – проскрежетал он, – потому что я чувствую в вас большие возможности.
Они шли молча, как вдруг Вейдер остановился и посмотрел на Финна.
– Что с повстанческой базой на Кореллии? Вы упоминаете о ней в своём рапорте, но я не заметил, чтобы вы где-либо указали её координаты.