В: Мне кажется, что я вижу их слабости и думаю: надо вам это? Возьмите!
А: Уходишь! А как же с теми, кто тебя критикует?
В: Я говорю: да-да, вы правы. А сама остаюсь при своем мнении. Я выслушаю совет и все равно поступлю так, как сочту нужным.
А: Посмотри на это беспощадно. Посмотри на эту игру. Где здесь подмена? Что заставляет тебя идти на компромисс со своей душой и со своей совестью? Если бы твое эго не получало подпитки в виде тайного самоутверждения, то…
В: Я понимаю, о чем ты… Я должна…
А: Нет, дело не в этом. Единственное, что ты должна – это быть искренней. А ты никогда не бываешь искренней. Ни-ког-да. Посмотри на это, посмотри на свою перманентную лживость: как ты обманываешь людей, как ты водишь их за нос и при этом тайком над ними насмехаешься, даже не отдавая себе в этом отчета. Но твое эго прекрасно все знает. Еще бы! – оно питается твоей слабостью и твоими уловками. Получается, что интеллект у тебя стоит на службе у эго.
В: На самом деле, я думаю, что за таким поведением у меня скрываются страхи и большой комплекс неполноценности.
А: Который своим обратным концом упирается в комплекс исключительности. Ты видишь, как одно связано с другим, как комплекс неполноценности переходит в комплекс исключительности? Здесь ты попала в ловушку.
В: Если я чувствую себя ниже, значит, другого я ставлю выше. А чтобы доказать себе, что он не выше, я должна стать еще выше.
А: Видишь ли, ты наслаждаешься тем, что другой ощущает себя выше.
В: Да, это точно.
А: В древности на императора полагалось смотреть со страхом и почтением, Так, как это показано в фильме «Страх и трепет». Там главная героиня разыгрывала из себя круглую идиотку. Очень сильный фильм.
Д: В таком взгляде ведь нет ничего плохого. Из него бы только убрать самоутверждение. А для этого надо убрать самоуничижение.
А: Нужно отказаться от этого механизма полностью. Вероника, ты не сможешь поставить его себе на службу, пока от него не отречешься.
В: От самоуничижения?
А: От самоуничижения, связанного с ощущением своей исключительности. В твоей готовности самоуничижаться слишком много готовности насладиться своей исключительностью. Ты видишь этот момент?
В: Да, вижу. Может быть, ощущение исключительности возникает от того, что мне кажется, будто я понимаю что-то лучше, чем другие.
А: Почему тебе это кажется? Тут есть один очень важный момент. Вероника, постарайся увидеть, почему тебе только кажется, что ты видишь дальше, больше и глубже.
В: Ты спрашиваешь – почему кажется, то есть почему это не так на самом деле?
А: Да. В конечном счете – не так на самом деле.
В: Может, это просто другое видение, а не более глубокое? Ведь если я думаю, что вижу глубже – я ставлю себя выше.
А: Это есть, но оно не главное. Истинная причина не названа. Кто может Веронике помочь? Ответ находится не в рациональной плоскости.
Д: Надо погрузиться в область чувства. Что ты ощущаешь, когда ты думаешь, что ты умнее? Какое чувство ты испытываешь?
В: Удовлетворенность.
А: Как она хорошо это произнесла, с каким чувством, заметили?
В: У меня ощущение игры.
Д: А знаешь, кто оказывается проигравшим в этой игре?
В: Я, конечно, – кто же еще?
Д: Да не просто ты, а бессмертная твоя душа. С эго-то все в порядке, оно свое получило. А вот душа, бедненькая, сидит и плачет, поникшая, покрылась морщинками.
А: Что происходит с твоим чувством удовлетворения, Вероника? Можешь сказать, почему твое ощущение превосходства неистинно? Давай сделаем так: я напишу, а ты прочитаешь. Ну что – ты готова встретиться с правдой?
Д: Сейчас, когда будешь читать, Вероника, попробуй поймать свою первую реакцию. Потом ты можешь «перевернуть» тысячу раз.
А: Помнишь, как стоял вопрос?
В: Почему мне только кажется, что я умнее других?
А: Не просто умнее, а испытываешь превосходство. Умнее – это слишком рационально. Почему испытываемое тобой превосходство – тайное, которое, собственно, и служит главной подпиткой твоего эго и делает его недосягаемым для любой критики, и почему оно оказывается только «кажущимся»? Теперь переворачивай бумажку и читай ответ по инструкции Даши – не столько сам ответ, сколько свое ощущение от него. Итак?
В: «Потому что это ощущение достигается за счет обмана других людей». Это для меня как-то неожиданно.
А: Что значит «неожиданно»? Ты с этим не согласна?
В: Не то, что не согласна. Просто я ожидала чего-то другого.
А: Чего ты ожидала?
В: Какого-то разъединения… Что-то в этом роде.
А: Прости, а чем отличается «разъединение» от «обмана»?
Д: Обман – это нравственная вещь, а разъединение – абстрактная, рациональная, рассудочная. За обман отвечать нужно.