Доктор Упир снова кивнул и пояснил:
– Пока группа Гиены Ларсена тестирует эти роботы-парусники в подконтрольной нам акватории Северного фронта от Кирибати до Каролинских островов. Ларсен взял базу софтвера и механическую схему любительских гоночных роботов-парусников класса «Microtransat». Регаты роботов проводятся с 2006 года, и документация доступна.
– Я знаю эту регату, – заметила Норна, – там есть вполне надежные модели.
– Может быть, – согласился Упир, – но, когда речь идет о паруснике, заряженном 20-килотонной атомной бомбой, нужна дополнительная обкатка. Только так мы сможем подготовить хороший атомный удар по вражеским портам, прибрежным городам, и стратегическим проливам на случай соответствующего приказа Верховного суда. Ты понимаешь: для таких ядерных зарядов вряд ли подойдет другой класс носителей.
– Да, – перехватил инициативу китаец, – это вообще-то не бомбы, а неуклюжие бочки.
– Ну, – сказал Хобо-Ван, – теперь ты понимаешь, Норна, зачем нам еще сто дней?
– Коллеги! – Норна вздохнула, – Мне самой хотелось бы еще потянуть время. Все идет замечательно. Враг в эйфории. Он уверен, что почти сожрал нас. Варлок создал такой Лантон, в который поверили ооновские полицаи. Проблема в том, что время вышло.
– А что конкретно случилось? – спросил Упир.
– Мы заигрались, вот что! Приток свежих мозгов, организация деловых контактов, и выигрыш времени. Да, такая игра выгодна всем foa. Но, мы уже на грани нарушения Хартии! Жители в опасности, есть беженцы с Тинтунга и Науру, а мы тормозим.
– Какие конкретно жители?
– Конкретно, это вишнуиты. Их кошмарят мусульмане-мигранты, привезенные ООН.
– Минутку, Норна! – сказал Упир, – Эти вишнуиты – индусы-беженцы с Фиджи-Тонга, которые устроили трущобы, пользуясь тем, что наша полиция их не выгоняет. Заметь: полиция организовала поддержку всем трущобным жителям, которые шли на контакт. Теперь у этих вишнуитов есть работа, жилье, социальный сервис, и все такое. Остались только хрен знает кто, люмпен. Они сами виноваты в своих проблемах. И не фиг тут!..
Норна подняла руку, в знак возражения.
– Доктор Упир, пожалуйста, вспомни второй артикул Великой Хартии.
– Коллега Упир, – добавил Хобо-Ван, – ты прав. Индусы, которые остались в трущобах, поступили асоциально, когда уклонились от конструктивного контакта с полицейским департаментом адаптации. И, прежде всего, они не граждане Меганезии.
– …Вот-вот, – Упир кивнул, – еще, они не платили аренду земли и социальные взносы.
– …Но – продолжил Хобо-Ван, – ты знаешь, любой хабитант, не нарушающий Хартию, находится под защитой Хартии. Они бездельничают – это их дело. Они уклоняются от социальных и ресурсных выплат, установленных согласно Хартии – это основание для штрафа, и иногда для присуждения к каторге. Можно их арестовать, можно их судить, можно отобрать малолетних детей – если дети содержатся в явно негодных условиях. Можно, в крайнем случае, поставить вопрос о депортации люмпен – мигрантов...
Доктор Упир громко щелкнул пальцами.
– Вот-вот! О депортации! Если хотят быть люмпеном – пусть катятся в свою Индию.
– Но! – твердо произнес Хобо-Ван, – Эти индусы не занимаются бандитизмом, рэкетом, партийно-миссионерской политикой, и кредитами. Да, они не исполняли экономико-социальных обязательств, следующих из Хартии. Но они не нарушили саму Хартию, а значит, нельзя лишить их защиты в терракватории Меганезии.
– Хм! Ты еще процитируй Второй артикул Хартии: «нарушение любого базисного права одного гражданина есть тотальное нарушение всех базисных прав всех граждан».
– Коллега Упир, я не хотел цитировать то, что касается только граждан. Но ты сказал, и придется вспоминать комментарии Первой Ассамблеи. Если сегодня правами одного человека пожертвовали из каких-то особых соображений, то на месте этого человека может оказаться каждый. Если бесправен один – бесправны все. Даже если добавить оговорку «все не-граждане», это не меняет суть проблемы. У нас стало очень много не-граждан. За сто дней в Меганезию переехали из стран Первого мира примерно 40 тысяч молодых, деятельных прекрасно образованных людей, умеющих работать. Они пока не граждане, и они крайне внимательны к любым неясностям с правами не-граждан.
– Хобо, дружище, – перебил Упир, – что ты мне это разжевываешь? Я сам понимаю, что Норна права. Если кто-либо заявит в Верховный суд, то Народный флот тут же получит приказ ликвидировать весь исламский зоосад и прочий сброд, привезенный ООН.