«Ты и там опаздываешь…» — раздалась предательская мысль.
Вдалеке уже виднелись фонтаны дворцовой площади. Их давно отключили, но золочёные украшения отблескивали, подгоняя нас к конечной цели. Мы были совсем близко.
Сахарок напрягся и мощным прыжком перепрыгнул огромные центральные ворота. Охраны у дверей не было, мы ворвались внутрь.
Здесь уже шёл ожесточённый бой. Королевская стража в золотых доспехах билась друг с другом. Не было ни единой возможности понять, где свой, а где чужой. Я закричала изо всех сил, пытаясь заглушить лязганье метала.
— Марк!
Кранг скакал из одного зала в другой, но везде была одна и та же картина. Сейчас смерть ходила в этих стенах, как царица. Я чувствовала, как её костлявые пальцы вот-вот выдернут последний шанс у меня из-под носа.
— Марк!!!
Крик превратился в истеричный. Мы бежали, пока не услышали в глубине замка взрыв. Колонны затряслись, с потолка посыпалась штукатурка.
Понимая друг друга без слов, мы поспешили туда. Потолки в коридорах стали ниже, и я соскочила на пол, спеша вперёд уже на своих ногах.
Магическое зарево играло на стенах. Иногда казалось, что потолок сейчас рухнет, но он стойко держался. Как и те к кому я спешила на помощь.
Боевое заклинание ударилось в стену над моей головой. Каменная крошка осыпалась на уже разбитый пол. Стражи здесь не было. Эта битва касалась только магов.
Я выставила щит, формируя в руке огненный шар. В углу, между двух мужчин был зажат Марк. В одном из нападающих я узнала толстяка из таверны. Вливая силу, я швырнула фаерболом в противника.
— Марк, берегись!
Первым среагировал другой маг. Он отскочил в сторону, и моментально контратаковал. Воздушным прессом меня снесло и вдавило в стену, как тряпичную куклу. Удар заставил меня разинуть рот и хватать кислород, как рыба, выброшенная на берег. Боль застилала глаза красной пеленой.
Благодаря тому, что маг отвлёкся на меня, Маркос смог пробить его щит одним ударом и вторым пригвоздить к полу. Оглушённого моим залпом толстяка, он тоже на всякий случай зафиксировал.
— Мира!
Я заходилась в хриплом кашле. Маркос поднял меня на ноги и закричал.
— Уходи отсюда, немедленно!
— Нет времени! Где король?
Бросив беглый взгляд на лестницу, он хотел снова обернуться ко мне, но я уже бежала туда.
— Стой! Там опасно!
Я ничего не ответила. Из-за угла вышел ещё один маг. Он растеряно развёл руками.
— Маркос, что случилось?
— Советник! Королю нужна помощь!
Его голос оказался знакомым.
— Берегись!
Выкрикивая, я выставила щит перед другом. Как раз вовремя, чтобы от него отскочил голубой шар. Теперь Марк сделал щит самостоятельно.
— Корлайл, и вы тоже?
Советник расхохотался, медленно шагая нам на встречу.
— Маркос, мальчик мой, ты ещё слишком молод, чтобы понимать. Я дам тебе шанс. Выбери нашу сторону, прикончи короля и мы забудем это маленькое недоразумение.
Лицо парня исказилось.
— Никогда!
Он нанёс первый удар. Советник отмахнулся от него, как от надоедливой мошки. Этот маг был гораздо сильнее двух предыдущих.
— Глупо, мой мальчик, глупо… Жаль. Ты мне нравился.
Противник стал швырять заклинания одно за другим. Маркос только успевал защищаться и отступать. Я прыгнула за очередную колонну.
— Сдайся, Маркос! Сдайся и я убью тебя быстро.
Парень изо всех сил сжимал зубы, но держал оборону.
— Мира, кабинет! — крикнул он, сбивая с ног волной обернувшегося в мою сторону врага.
Я рванула изо всех сил. Двери кабинета я узнала издалека. Когда-то мы уже бывали здесь с Марком. Тогда я только попала в этот мир. Сейчас та жизнь казалась бесконечно далёкой и нереальной.
Кабинет стоял открытым. Около входа лежало четверо стражей. Что-то мне подсказывало, что их уже не спасти. Внутри было тихо, поэтому я медленно подкралась и заглянула.
Юнидиктус Рэдуаль Шарго находился у окна. Возле его ног вздыбив шерсть и агрессивно дёргая хвостом стоял кот. Весь кабинет был забит стражами с арбалетами наготове. В центре всего этого, полный своего превосходства, стоял один из советников близкого круга, Астер Люфт. Он говорил речь и никуда не торопился. Судя по всему, она уже близилась к концу.
Меня переполняли страх и боль. Впервые в жизни я видела погибших людей и сейчас на моих глазах прервётся ещё чья-то жизнь. Сердце билось где-то в горле, в ушах звенело. От боли в рёбрах было тяжело дышать и идти, а руки тряслись.