– Все это, разумеется, очень интересно, но не кажется ли вам, что сейчас не время для лекции по истории религии?! – прервала его Мария. – Фонарь совсем слабеет! Что мы будем делать, когда он погаснет? Никакой Святой Грааль нам не поможет! Вы не придумали, как нам отсюда выбраться?
– Простите… – виновато пробормотал Старыгин и на какое-то время замолчал.
Свет фонаря действительно на глазах слабел.
Неожиданно Дмитрий Алексеевич решился, шагнул в угол пещеры, туда, где лежала страшная мумия, и оторвал от одежды мертвеца большой лоскут истлевшей ткани.
– Что вы делаете? – испуганно воскликнула Мария. – Не беспокойте мертвых! Зачем вам понадобилась эта истлевшая тряпка?
Но Старыгин, не обращая на нее внимания, продолжил свои непонятные действия. Он выломал кусок опоры, на которой держался свод, и обмотал вокруг деревяшки лохмотья мертвеца. Получилось что-то наподобие факела.
– Вы сошли с ума! – проговорила Мария. – Свод рухнет и заживо похоронит нас…
– Мы и так уже практически заживо погребены в этом подземелье, – отмахнулся от нее Старыгин. – Будем надеяться, что какое-то время свод выдержит!
Однако, словно бы для того, чтобы опровергнуть его слова, со свода посыпались камни, сначала мелкие.
Старыгин, не обращая на это внимания, обмакнул тряпку в темную лужу.
– У нас будет факел, – объяснил он удивленно наблюдавшей за ним девушке. – Надо только зажечь его…
На этот раз он подобрал с пола несколько обвалившихся со свода камней. Осмотрев их, он оставил только два, остальные бросил. Присев на корточки, Дмитрий принялся ритмично бить камни друг о друга, держа их над факелом. После третьего или четвертого удара посыпались искры. Старыгин удвоил усилия, и наконец факел затлел, а потом и вспыхнул ярким багровым пламенем.
– Пока можно погасить фонарь, – сказал он своей спутнице. – Возможно, он нам еще пригодится!
Подняв над головой факел, Старыгин внимательно оглядел пещеру.
Ее низкий свод в нескольких местах опирался на прочные деревянные столбы. Стены были неровные, местами они уходили во тьму, и Дмитрий Алексеевич обошел их, чтобы проверить, нет ли там не замеченного ими прохода.
Прохода не было, и Старыгин ощутил совершенную безысходность. Все говорило о том, что они с Марией найдут в этой пещере страшную и мучительную смерть. Мертвец, чья одежда послужила материалом для факела, наглядно показывал, что их ожидает. Спустя несколько лет здесь будут лежать уже три скелета, если раньше их не раздавит обрушившийся свод…
Старыгин не мог показать свой страх перед девушкой: он должен был всеми силами внушать ей надежду. Нет, он обязан сделать все возможное и невозможное, чтобы вызволить ее из этого подземелья! Ведь если бы не он, если бы не его проклятое любопытство, она не пошла бы сюда и не оказалась в этом каменном мешке…
Проходя второй раз по кругу вдоль стен пещеры, Старыгин вдруг заметил, что в одном темном углу пламя факела заколебалось.
Старыгин опустился на колени, поднес факел к самой стене.
Теперь у него не было сомнений: пламя отклонилось, как будто его тянуло к каменной осыпи.
Это могло значить только одно: там есть движение воздуха, сквозняк! А движение воздуха – это выход, это жизнь!
– Подержите факел! – попросил Старыгин Марию.
Девушка подчинилась без лишних вопросов, и Дмитрий Алексеевич принялся один за другим отгребать от стены камни. Через несколько минут руки его были исцарапаны в кровь, но теперь уже он сам чувствовал дуновение сквозняка.
Еще несколько минут упорной работы – и он вытащил последние камни, за которыми оказалось круглое отверстие уходившего в беспросветную темноту лаза.
Это был не высокий сводчатый коридор вроде тех, по которым они ходили до сих пор, а узкий лаз, наподобие звериной норы, где можно было передвигаться только ползком. Но это был хоть какой-то путь из пещеры, едва не ставшей их могилой.
– Я полезу вперед! – решительно проговорил Старыгин. – Следуйте за мной! Только…
Он подошел к нише, где лежала книга.
– Я не могу оставить ее здесь! – твердо сказал он. – Понимаю, что выгляжу в ваших глазах в лучшем случае расхитителем гробниц, а в худшем – самым банальным музейным вором, но думаю, что эту книгу нельзя здесь бросить. После нас в это место, может быть, уже никто не попадет, и бесценная книга будет навсегда потеряна для человечества. Думаю, наш общий друг Педро не для того направил нас сюда, чтобы мы оставили эту книгу в подземелье.