Утром пошла на пробежку. Заметила Рея, он помахал мне рукой. И после разминки предложил провести спарринг.
− Бала на празднике?
− Один день. И то по вынужденной причине.
− Все так плохо?
− Давай не будем о нас с Максом, все сложно.
− Расскажи, как ты в мужской монастырь попала. Мне это твоя оброненная фраза все покоя не дает.
Я улыбнулась.
− Это явно не для спарринга рассказ. В общем я тогда драться умела, но техника боя была как моих одногруппников это если мягко. Я тебе расскажу кое что, пообещай что ни кому не скажешь.
− Хорошо.
− В общем у меня особенность что от смертельных ран я не умираю. Да я серьезно, многократно проверено. В общем как я познакомилась с настоятелем монастыря, и он же преподавал единоборства. Я разобралась с одной бандой и лежала восстанавливалась от многочисленных ран. Настоятель господин Чен подошел ко мне и сказал тогда – мол за то, что выжила молодец. А вот то каким образом, в смысле техника боя, я справилась с бандой просто отвратительно и никуда не годиться. Сказал тогда если выживу он ждет меня в монастыре. Чтобы ты понимал это на вершине горы. Развернулся и ушел. На следующий день я явилась к нему.
Улыбнулась, вспоминая то время.
− Мастер Чен проверил что на мне и следов от ран не осталось и улыбнулся. Сказал, что я хороший материал и из меня можно вылепить отличного воина. Если я не сдамся. И дал мне задание. Набивать руки на деревянной кукле. Это такое бревно с торчащими из него палками. На нем мальчишки набивают руки и отрабатывают некоторые приемы, ставят их. В общем мое задание заключалось в повторении нескольких связок на кукле в течении часа. Потом часовая пробежка, а потом снова часовое набивание рук. И так целый день с перерывом на скудный прием пищи. Ах, да. Еду еще поймать нужно было. И ее я добывала во время пробежек. Хорошее время было.
− А ничего что ты девушка и в мужском монастыре? Или это не монастырь все же?
− Школа монастырь для мальчиков. Которые станут монахами воинами. И нет мастера Чена это не смущало, говорил, что я буду для них тренажером. И приучу спокойно реагировать на женское тело. В общем набивание рук и бег были моим задание, которое длилось семь лет. И нельзя было подходить спрашивать о следующем задании. Учитель сам определит, когда ты готов. Так он проверял мою выдержку и настойчивость. Ведь по дереву я была голыми руками и за час руки были сбиты в кровавые синяки. За час пробежки они восстанавливались как ничего и не было. А потом, когда месте решил, что я готова, он занимался со мной в разы жестче чем с другими учениками. В наглую пользовался что меня не убить. И если Ника ошибалась, то на мне не просто обозначали прием, от которого человек убит. Он не останавливался, а доводил его до конца. И если я попалась и мне могут сломать шею, то ее ломали. Шею, спину, руки, ноги. И так изо дня в день. Знаешь очень доходчиво было. Я каждый раз старалась все усерднее и усерднее. Ведь несмотря на то, что не подыхаю, я все чувствую, как и все.
− Сколько длилось твое обучение?
− Пятьдесят лет из которых десять лет меня учил сам мастер. И еще сорок я была помощником для других учителей и помогала обучать мальчиков. На мне продолжали показывать приемы доводя их до конца. Потом начались некоторые события в той стране, что мне пришлось покинуть монастырь и податься в бега. И тут уже пригодилось все чем меня научили. Ну что теперь можем и спарринг провести?
Макс вернулся в академию поздно вечером. Я каким-то шестым чувством знала, что между ним и Линдой ничего не было. На совместных занятиях он вел себя так словно ничего не было. Я решила, что мне стоит реагировать так же. Я уже переросла тот возраст, когда закатывают истерику парню. Через пару дней он узнал, что продолжила работать курьером.
− Зачем ты работаешь, я могу тебя обеспечить.
− Макс, я привыкла на свои потребности зарабатывать сама.
− Но ты позоришь меня, другие думают, что я не могу тебя обеспечить! – сказал он зло.
− Тебе так важно, что о тебе думают другие и не важно, что думаю я, - сказала с улыбкой. – Потерпи, скоро начнется практика и будем работать в паре в городе. Меня же пока на патрулирование не возьмут.
Он скривился словно от зубной боли и быстро ушел.
− Ты слишком много ему позволяешь, - сказала одногрупница – их нужно держать в строгости.
Я ей ничего не ответила пошла на следующий занятие. После всех лекций и тренировок Макс поймал меня в кольцо своих рук.
− Скажи, чего тебе не хватает? – не успела сказать, что его, он зада еще один вопрос − На что ты собираешь деньги?
Если бы не второй вопрос… он резанул ножом по сердцу. Парень поморщился и разжал руки.