Он осторожно улыбнулся, но Антей не выказывал раздражения. Откинувшись спиной на кучу шкур, он кивнул.
- Расскажи мне все.
Ничего не скрывая, Драгнир рассказал обо всем. О том, что было на кораблях после того, как предатели избавились от старшего вожака Свободной Стаи. О том, как чудом выжили, не зная, что корабли заминированы. Вновь со стыдом рассказал о казненном Несущем Слово, который спас их. О том, с каким трудом и жертвами они очищали корабли от опасных подарков, только и ждущих неосторожного движения или энергетического импульса. Месяцы ушли на то, чтобы осторожно вырезать их из сверхпрочного основания защитных систем силовых установок. Не всегда это могли сделать космодесантники, но люди вызывались сами, зная, что без этого никак не обойтись. Они мужественно выполнили свой долг, и их тела, получившие огромную дозу облучения, были уничтожены выбросами плазменных реакторов, не удостоившись прощальных обрядом, хотя позже прозвучали все имена. Вожак Стаи и капитан Фрай не забыли никого. Поминальный костер горел для них по обычаю Влка Фенрика в знак уважения.
А потом, когда они собрались улетать, вернулись Несущие Слово, словно точно рассчитали время, и демоны заявили о себе во всеуслышание. Стая тогда еще не знала, что огромный корабль предателей несет куда меньше солдат, чем мог бы. Отчасти это была работа тварей Варпа и Кровавого Волка, отчасти потому, что этого маневра вообще не должно было быть.
Количество легионеров из числа сынов Русса превосходило число легионеров из Слова. Им не смогли помочь даже Нерожденные в телах собратьев. Ярость Волков была столь чиста и безгранична, а огонь их душ пылал так яростно, что твари издыхали со скорбными воплями, а смертные ничтожества разбегались, если успевали. Если бы не риск оказаться в Варпе – они бы не покинули корабль, и, несомненно, могли бы захватить его.
Нарушив приказ вожака, Стая, тем не менее, не облекла себя позором. А затем случилось то, что случилось. Стая потеряла троих лучших воинов. Троих вожаков.
Драгнир протянул руку вперед, словно пытаясь кончиками пальцев поймать вертлявый язык пламени костра, затем поднял взгляд на Антея и встал на ноги.
- Идем. Нужно тебя подлатать.
Встретив полный непонимания взгляд, он уточнил:
- Ты позволишь обработать твои раны?
Удивление не исчезло.
- Тебе?
Волк кивнул.
- Бальрик занят. Он помогает людям, которых ранили при абордаже. Но я кое-что умею.
Антей не стал оскорблять Драгнира недоверием, сомнением или отказом. Он неловко поднялся на ноги.
- Хорошо. Если уж ты решил, как ты сказал, сохранить мне жизнь до встречи с примархом…
Легионер кисло улыбнулся. Он пошел следом за вожаком в направлении медицинского отсека. Впрочем, они не стали оставаться в нем. Во-первых – там сразу стало слишком тесно. Во-вторых - людям ни к чему было видеть того кошмара, в который превратилось его тело.
Даже Бальрик, видевший многое, побледнел, подойдя, чтобы дать какой-то совет. Драгнир равнодушно отмахнулся и отправил его обратно к людям.
Волкодав не дрогнул, когда гниющего заживо тела коснулись руки собрата. Он действительно неплохо умел обращаться и с медицинскими инструментами, и с препаратами. В этом не было ничего странного – умения легионеров выходили за рамки способностей смертных, тем более – не составляло труда обработать поверхностные раны.
Яд замедлил метаболизм, но не остановил полностью. Нужно было лишь очистить порезы и Волк, умело орудуя бритвенно-острым металлическим скальпелем, срезал гниющую плоть. Он не стал использовать лазерный скальпель – ни к чему прижигать плоть. Живая, она затянется быстрее, но он все равно быстро зашивал разрезы. Аккуратные швы нужны будут какое-то время, чтобы края не расходились.
Драгнир работал быстро и аккуратно, но все равно на это у него ушла уйма времени. Когда все было завершено – он отошел, критически осматривая дело своих рук. Сейчас бы его вожаку пригодился приличный апотекарион тринадцатого или девятого легионов, которые славились своей безупречностью, или, хотя бы, Волчьи Жрецы с флагмана примарха, но у них здесь не было такой роскоши. Он сам сделал все так хорошо, как это можно было сделать в их условиях. Вызванный сервитор принес для вожака новую одежду. Тренировочную матерчатую робу, испятнанную ядом, который сочился прежде из ран, равно как и срезанную плоть, Волк распорядился уничтожить на всякий случай.
Дальше дело было за отдыхом и способностями организма Астартес. Жизни уже ничто не угрожало. Кроме будущего.
========== Глава 82 ==========
Драгнир осторожно потянулся, чтобы коснуться плеча вожака и разбудить его, но тот открыл глаза еще раньше. Скорее всего - он не спал вовсе. Возможно – ни разу за эти дни.
- Что.
Его глаза лихорадочно блестели в свете костра, отраженном от доспехов Волка.
- Я думаю, тебе стоит на это взглянуть. Мы нашли кое-что в трюме. Кое-кого.
Он сразу поднялся, не давая Антею задать вопрос, и тому пришлось тоже встать, опершись на руку собрата.
Когда-то давно все было наоборот. Он насильно поднимал с земли, залитой кровью, Драгнира, раненого почти смертельно. Теперь Волк помогал вожаку, уже почти утратившему свой статус. Вот только здесь никто не претендовал на его место. Его по-прежнему уважали. Ему по-прежнему беспрекословно подчинялись.
Однообразные дни в Варпе сливались в однообразные недели, а, возможно, что уже и в годы. Имматериум, словно живое существо, пыталось всеми способами замедлить корабли, но те невероятными усилиями продвигались все дальше.
Члены экипажа считали это чудом. Волки об этом не задумывались – среди них не было больше никого, кто в силу своей должности обращает внимание на такое. Лишь Драгнир изредка оборачивался на стоящего в глубокой тени вожака. Он поднимался на мостик нечасто. Он все еще двигался с трудом, равно как и дышал. Большую часть времени он оставался у костров. Он ни разу не переступил порога помещения, события в котором так перевернули жизнь Стаи.
Собственная, тронутая Варпом, душа Драгнира отчетливо чувствовала, что на самом деле ведет вперед их корабли. Ему стало понятно, почему усилия Волчьего Жреца не дали бы результатов. Когда он закончил со своими смертными пациентами, он высоко оценил работу легионера. Действительно, он справился отлично. Дальше дело было за восстановлением, которое почти не происходило. Вожак оставался измотанным полутрупом, несмотря ни на что.
Он тратил силы на то, чтобы вести корабли, силой собственной воли расчищая путь. Только он мог ориентироваться в странном пространстве Океана Душ, не будучи навигатором, не обладая иными стойкими псайкерскими способностями. С тем, что творилось в Варпе теперь, не справился бы ни один навигатор из числа людей. Только слуги Хаоса могли это делать совершенно спокойно. Волкодав пользовался чем-то вроде памяти.
Драгнир не пытался спорить. Они оба знали, что иного пути нет. Он лишь старался заставить вожака чаще отдыхать, но не был уверен, что и тогда он не прокладывает курс кораблям собственной волей и навыками, которые, должно быть, остались от демона. Он всегда оказывался рядом, пытаясь как-то поддержать Антея, не зная, чем может помочь.
В скором времени вожак перестал отказываться от его помощи. Идущие плечом к плечу по коридору, Астартес, не были здесь чем-то необычным. Никто из встречных не замечал, что старший Волк практически не в состоянии идти в одиночку. Это могло бы быть унизительно, но Антей почти не обращал внимания на эти мелочи. Сказывалась неимоверная усталость.
Все-таки, на сей раз, он действительно уснул и честно спал некоторое время. Не долго и отрывочно, но сейчас, когда он шел рядом с Драгниром – он шел сам. До цели путешествия в Имматериуме оставалось не долго, и словно бы с той стороны нечто помогало ему вести корабли. Эта утомительная работа перестала вытягивать из него жизнь.
Возле входа на палубы, относящиеся к трюму, при оружии и в броне, но без шлемов, стояли двое Волков из прежней стаи Драгнира. Теперь, когда погибли двое остальных младших вожаков, все стаи объединились вновь. На плечи последнего младшего вожака легла забота о всей Стае, пока Антей сам был не в состоянии заниматься ее нуждами.